Нравится? Неужели? Джек и сам не мог точно сказать. Он считал, что она и интересная, и очень привлекательная, но пока, впрочем, она была только обузой. Джек пожал плечами и, помолчав, повернулся к дяде:

— Меня нашел Нафкиби. Думаю, он рассказал тебе о де Сеговии.

— Естественно, поэтому я так и изумлен, что ты вдруг собрался жениться.

— Мои планы нисколько от этого не изменятся, на рассвете я отплываю в Сан-Августин. — Заметив недоверие на лице Роберта, Джек изумился: — Ты что, сомневаешься в моих словах?

— Я верю, что ты собираешься это сделать, однако…

Роберт замолчал и отошел к окну.

— Чего-то ты не договариваешь! — Джек очень хорошо знал своего дядю. Обычно тот прямо выражал свои мысли.

— Да ничего особенного. — Рука в кружевах поднялась и бессильно опустилась. Тут настроение его снова переменилось, и он договорил: — Просто я не совсем понимаю, насколько серьезно ты хочешь найти де Сеговию и наказать его.

— Ты еще спрашиваешь? С какой стати ты сомневаешься, что я отомщу за свою семью? Ради этого я пожертвовал всем.

— Да, это правда. ― Роберт задумчиво провел пальцем по носу. — Однако ты женишься сегодня.

— Я уже сказал тебе, что это никак не скажется на выполнении моего долга.

— О, — Роберт воздел руки к небу, — ведь это только легко сказать сейчас, когда кровь твоя холодна, но ночью, в объятиях молодой жены, все переменится или может перемениться. Женщины могут добиться всего, чего захотят. Твоя мать, например…

— Сразу после церемонии «Морской ястреб» покидает гавань, — решительно произнес Джек.

— Великолепно.

Улыбка Роберта выдавала затаенную злобу и ненависть. Джек подумал про себя, что его дядя одержим местью, так же как и он сам. У них в жизни одна цель. Но все-таки Джек был рад, что не позволил ему ничего сказать про свою мать. Роберт когда-то любил ее. Джек узнал об этом не так давно, год назад, и не успел еще привыкнуть к этой мысли. Красавица Флора, по словам Роберта, сначала поощряла ухаживания младшего отпрыска благородного семейства, но, встретив его старшего брата, отвергла младшего. С тех пор как Роберт рассказал ему про этот трагический треугольник, Джек не переставал удивляться, почему его дядя приехал в Каролину с его родителями. Роберт был, вероятно, привязан к отцу Джека и все еще переживал его гибель.

Как и сам Джек. Сможет ли он когда-нибудь спокойно, без этой сжигающей ярости, думать о де Сеговии? Джек вздохнул и сказал:

— Скоро, дядя. Теперь уже скоро. Я вернусь из Сан-Августина с хорошими новостями, — Джек сжал кулаки. — Я убью этого ублюдка.

— Это будет великий день. День, которого мы ждем уже столько лет, — Роберт взял племянника за плечо.

Джек посидел еще у дяди. Они говорили о плантации Ройял-Оук, расположенной к югу от Чарлз-Тауна. Эта земля была пожалована отцу Джека, когда он приехал в Порт-Ройяль, но Джек был все время в море, и ею управлял Роберт.

Разговаривая с дядей, Джек думал о том, как была бы удивлена Миранда, если бы ей сказали, что ее нареченный не только пират, но и состоятельный землевладелец. Но он тут же пришел к выводу, что ей было бы ровным счетом на это наплевать.

Все-таки интересно, согласилась бы она жить с ним на плантации? Что, если ему бросить свое опасное дело и сосредоточить все силы на том, чтобы выращивать рис? Он даже обсудил это с дядей. Но, конечно, сначала он разделается с де Сеговией. Вдруг ему удастся найти сестру. После этого надо будет как следует подумать, что предпринять дальше. Может, следует заняться каким-нибудь тихим делом, тогда и шея перестанет напоминать ему об обычном конце карьеры пирата.