– О нет, – фыркнула жабища, – зачем мне твое собрание? Нужно то, что ты никогда не отдашь.

– Говори, – топнула Мафи.

– Голос, – нараспев произнесла собеседница.

– Это как? – не сообразила Мафи.

Противное создание потерло лапы.

– Очень просто. Есть правило: хочешь что-то получить, надо что-то ценное для себя отдать. Значимое. Не пустячок. Ты любишь поболтать!

– Да, – согласилась Мафи.

– Я забираю твое умение разговаривать, и Элли в ту же секунду обретает крылья! – объявила новая знакомая.

– Нет, нет, нет! – закричала птичка.

– Подумай, Мафи, – вкрадчиво промурлыкала тезка, – хорошо подумай! Голос отдашь навсегда!

Пагль начала размышлять вслух:

– Элли необходимо летать. Готова служить ей конем, но я хожу в школу, помогаю дома, не получится постоянно о пуховичке заботиться. Ей без крыльев не жить. Люди, если все время сидят, лежат, мало двигаются, получают болезни. А на птичек нападают недуги, если они не летают. Теперь о моем голосе. – Мафуша почесала лапой макушку и продолжила: – Вечно болтаю! Всегда сначала скажу, потом подумаю. Ой-ой, сколько раз попадала в глупые ситуации из-за этого! Если рот на замке, то покажусь всем умной! Это первый плюс. Второй…

Пагль собрала лоб складками.

– Ну… хватит одного положительного момента. Есть минус: как попросить, если что-то надо? О! Сделаю карточки! «Дайте, пожалуйста, поесть». Напишу много своих желаний, заведу альбомчик, вложу в него картонки. Отлично получится! И! Еще один плюс обнаружился: в школе к доске не вызовут! Решено! Забирай голос!

– Мафи, ты лишишься его навсегда, – объявила жабища, – подумай, стоит ли приносить великую жертву, чтобы какая-то птица начала летать?

Пагль подняла лапу и погладила Элли.

– Каждый раз, когда начну болтать о глупостях, вот каждый раз, стану вспоминать, что Элли лежит где-то, беспомощная, бескрылая. У меня останутся лапы, голова, хвост, глаза, живот, уши, мозг, спина… Забирай голос!

– Точно? – уточнила жаба.

– Да, – подтвердила пагль, – я решила!

– Ну, ты сама это захотела! Готово! Не проси вернуть. То, что отдано, то не возвращаю! – закричало земноводное и исчезло.

Мафи заморгала. Раздался шорох, перед собачкой появилась Элли.

– Смотри, ко мне вернулись крылья, – прошептала она.

Мафуша заулыбалась, захотела крикнуть: «Ура!» – но ничего не получилось.

– Что ты наделала, – заплакала пуховичка.

Мафи показала лапой на гору, в которую упиралась дорожка.

Элли посмотрела в ту сторону, куда указывала собачка.

– Камень, который не давал двигаться дальше, исчез, мы можем идти.

Пагль закивала и похлопала себя по макушке.

– Мафуня, я же благодаря тебе могу теперь летать, – напомнила Элли.

Собачка заулыбалась. Пуховичка подлетела к ней, обняла крыльями и зашептала прямо в ухо:

– Мафунечка! Никогда-никогда-никогда не забуду то, что ты для меня сделала. Я верну твой голос! Непременно его отниму у жабы.

Глава 17. Стеклянная стена

Куки, Капитолина и Генри молча разглядывали высокую очень гладкую стену, которая не давала им двигаться дальше.

– Ничего себе, – завздыхал мопс, – и как перелезть через нее?

– Прогрызть ступеньки! – придумала младшая мопсиха.