Я уже сидел на полу, глаза застилал туман. Ужасно хотелось спать. Кассеты, папки, книги – все расплывалось. Что за сволочь придумала те таблетки с кофеином…

7

– Ну как, очухался?

– А стоило? – спросил я и присел на кровати. – Сколько времени?

– Полседьмого, – сказал Шеф, усаживаясь рядом.

– Утра?

– Вечера.

Я проанализировал ответ и понял, что чего-то не понимаю. Спросил:

– Только для самопроверки: какой сегодня день?

– Суббота. Восьмое июля по синхронизированному календарю. Где ты сейчас, сказать?

Я обвел взглядом комнату.

– Похоже, у себя дома. А вы где?

– Тут.

И в самом деле, где же еще ему быть?

– Шеф, не заставляйте меня спрашивать, что случилось. Если я спрошу, вы наверняка скажете, что я взорвал Отдел, потом бегал по городу голым, приставал к прохожим, насмерть загрыз пару бродячих вапролоков, приняв их за вас с Виттенгером, и, под конец, покушался на губернатора. Давайте предположим, что я все помню, но вы решили на всякий случай мне напомнить, поскольку вы любите напоминать. Договорились?

Приняв во внимание мое болезненное состояние, Шеф согласился.

– Голышом ты не бегал, но был близок к тому. Виттенгера ты действительно чуть не загрыз, когда смывался из полицейского участка.

– Я побывал в полицейском участке?!

Шеф почесал проволокой нос.

– В чем дело? – спросил я.

– Намекни мне, с чего начать. Как ты пришел в дом Корно, ты, надеюсь, помнишь?

– А кто такой Корно?

Шеф в отчаянии выронил проволоку.

– Шучу, Шеф. Конечно помню. Это наш новый министр юстиции. Зачем вы меня к нему послали?

Так смотрят на видеофон-автомат, проглотивший последний жетон.

– Фамилия министра – Карнов, – процедил он.

Я сдался:

– Все, Шеф, вспомнил. Это тот программист, которого убили. В ночь с четверга на пятницу я искал у него глиняные таблички. Их было слишком много, поэтому я решил начать с компьютера. Потом… Вот что было потом, я честно не помню.

– Тебя нашел Амирес. Его отпустил в восемь утра, и он сразу поехал домой. Ты спал у стеллажа с кассетами. Амирес вызвал полицию и тебя, спящего, отвезли в участок. Полиции Амирес сказал, что ты, вероятно, и есть убийца его друга. Ты проник в дом, чтобы уничтожить улики. Полицейские вызвали Виттенгера, потому что расследование убийства ведет он. Одновременно они пытались тебя разбудить, дали какие-то стимуляторы, но, видимо, переборщили. Ты устроил в участке разгром и попытался убежать, но наткнулся на Виттенгера, который в этот момент приехал в участок. Он тебя скрутил. Врачи провели детоксикацию и снова тебя усыпили. Они сказали, что, если бы Амиреса выпустили на час позже, ты бы никогда не проснулся. Вытаскивать тебя из полицейского лазарета пришлось мне лично.

– Спасибо, – сказал я. – Где и чем меня накачали?

– Чем – скоро выяснится. Результаты анализов еще не поступили. А где – это тебя надо спросить.

– Не смогу ответить, пока не узнаю, что это было. Если «завтрак шпиона», то мы с вами знаем, с кого спросить.

– Знаем, но это не пищевое отравление.

– "Завтрак шпиона" – не пища.

– Однако ты его зачем-то ешь, – скривился Шеф.

Со стороны кухни донесся шум закипающего чайника.

– Кстати о еде: чем это пахнет, и кто это там сопит у меня на кухне? Неужели Ларсон?

– Он самый.