Ожидать кого-то будучи голодным и при том, находясь среди обилия пищи, можно только одним способом – поглощая это самое обилие. Холодные закуски я выбирал согласно инструкции – калорийные и недорогие.

– Как не стыдно! Вы начали есть не дождавшись дамы, – Катя оказалась той еще кокеткой.

– А как иначе заглушить муки ожидания?

– Прямо так и муки! Впрочем, вы поступили правильно. Сотрудникам не положено обедать в зале для постояльцев. И общаться разрешено только в пределах служебных обязанностей.

– А кто вы по должности?

– Помощник управляющего. На самом деле – мальчик на побегушках, – ответила она с внезапной откровенностью.

Я попробовал уточнить:

– Вы хотели сказать, девочка на побегушках.

– Ну пусть девочка, – согласилась она. – Но звучит двусмысленно. Лучше – мальчик.

– Хм, еще двусмысленней… На космодроме вы обмолвились, что на турбазе проживают туристы с Фаона. Я тогда хотел уточнить, кого вы имели в виду, но ворчливый инспектор нас отвлек. Вы не представляете, как он мне надоел. Неделя в обществе полицейского инспектора – это хуже, чем две недели в одиночной камере полицейского изолятора.

– А вы сидели в камере?

– Ха, спрашиваете! В среднем – один месяц в году, – вдвое преувеличил я.

– Что же у вас за профессия?

– Странный вопрос. В изолятор сажают не за профессию, а, так сказать, за хобби.

– Ну, а все-таки?

– Репортер.

Я показал ей удостоверение. По-моему она не находила мой выбор профессии удачным.

– Мы не любим, когда беспокоят наших постояльцев. Тем более, что он сам просил…

Она едва не проболталась.

– Иными словами, в «Ламонтанье» остановилась какая-то знаменитость. Знаменитость просила, чтобы ее не беспокоили. Отлично! Придется ходить по номерам. Неделю в изоляторе (у вас же есть изолятор?) я заработаю, но найду, того, кто мне нужен. Кстати, вы в рекламе не нуждаетесь? Журнал «Сектор Фаониссимо» очень популярен.

– Ну вы и наглец! – воскликнула она, нисколько, впрочем, всерьез не сердясь. – Кого вы разыскиваете?

– Скажу, когда взгляну на список постояльцев.

Она рассмеялась.

– Никогда! А тот, кого вы ищите живет в пятьсот шестом. Но я вам этого не говорила.

Что за бред, откуда она знает, кого я ищу?!

– Под каким именем он остановился?

– Под своим – Брубер.

Черт, всего-то…

– Писатель что ли?

– Да! Писатель, – глаза у нее загорелись и потухли. – Правда, я ничего из его книг не читала, но слышала – он писал про моролингов. После выхода романа, поток туристов увеличился втрое.

– Глупости, кто станет тратить безумные деньги на поездку из-за какого-то романа. Написать можно что угодно. Скорее, я готов поверить, что на Ауру ринулись те, кто думает, что ее скоро прикроют для не-моролингов. Кстати, Брубер за это активно выступает. Странно, что вы его здесь терпите.

– Мы терпим всех, – убежденно произнесла Катя. – У нас свободная планета. Мы никого не дискриминируем.

– Что вы говорите! Может вы еще и профессора Цанса приютили?

– Приютили.

– В каком он номере?

– В пятьсот десятом, рядом с Брубером.

Интересно, какие хоромы им предоставили? Метра два на два, вероятно.

– Они уже познакомились?

– По-моему, они знакомы.