— Не вижу повода отказывать. К тому моменту мой собственный сын вырастет, так что, полагаю, ему будет полезно иметь близких напарников по обучению, — произнес я. — Да и вряд ли я перестану к тому моменту преподавать в академии. Разве что окончательно сосредоточусь на своем профильном предмете.

Венедикт Кириллович снова улыбнулся и, подхватив сыновей, расцеловал каждого в макушку, после чего вручил нянькам и поднялся на ноги. Это тоже было своеобразным способом показать мне близкое расположение — я уверен, даже не всякий член Солнцевых когда-либо сможет увидеть, как глава рода ползает по мягкому коврику, играя со своими детьми.

— Пройдемте, Иван Владимирович, — обратился он ко мне, оторвавшись от любования сыновьями. — Поговорим о наших делах. Антон мне прислал список их новейших разработок, и я бы хотел их обсудить с вами. Полагаю, нам давно пора расширяться, предлагаю обговорить, какие новинки пустим на рынок в первую очередь. Мне по случаю перепало немного землицы в Калуге, так что будет полезно устроить там новые фабрики и переориентировать уже имеющиеся на специализацию.

— С удовольствием, — ответил я, прежде чем последовать за главой рода Солнцевых.

* * *

Домой я вернулся, когда на улице уже окончательно стемнело. И сразу же попал на разбирательство.

Мирослава Анатольевна отчитывала поставщика цветов, не используя при этом грубых слов, но представитель исполнителя стоял перед невысокой беловолосой девушкой красный как рак.

— А я еще раз вам повторяю, ваши цветы не того оттенка, — произнесла Герасимова, держа в руках распечатанную брошюру. — Нам рекомендовали вас, как лучшую компанию, а что на деле выходит? Хотите, чтобы невеста вместо розовых роз удовольствовалась фиолетовыми?

Подобные проблемы вселенского масштаба окружали наш дом последние дни постоянно. Так что я уже даже привык к таким картинам, хотя и откровенно не понимал, какая, собственно, разница между фиолетовыми розами и розовыми — кто на это вообще обратит внимание?

— Вы вообще осознаете, для кого вы взялись исполнять заказ? — увидев, что я приближаюсь, сменила тон Мирослава Анатольевна.

— Госпожа, но у нас в заказе указаны именно фиолетовые розы! — возразил представитель исполнителя. — Вот, пожалуйста, у меня с собой вся наша документация по вашему заказу.

Он раскрыл папку, которую держал в руках, и протянул ее Герасимовой.

— Добрый вечер, Мирослава Анатольевна, — подойдя на приличное для разговора расстояние, поздоровался я. — Что происходит?

— Здравствуйте, Иван Владимирович, — ответила та. — Да вот, посоветовали нам подрядчика, а он даже документы составить свои собственные не может верно. Мы заказывали розовые розы, а нам доставили фиолетовые. И ждут, что вы станете за них платить.

Я перевел взгляд на бледного исполнителя. Несколько секунд рассматривал его в упор, после чего вздохнул.

— Если заказанных цветов у вас нет, — когда мужчина достиг нужной кондиции опасения за свою жизнь, заговорил я, — я не заплачу вам ни копейки. Вы же понимаете?

— Ваше благородие… — попытался оправдаться тот, но я резко поднял руку, заставив его замолчать.

— У вас есть час, чтобы сюда приехали розовые цветы, иначе я пожалуюсь ее императорскому высочеству, — проговорил я. — Как думаете, сколько проживет ваша компания, когда на нее обидится сама наследница престола?

Мужчина сглотнул, и едва не силой вырвал папку из рук Герасимовой. А затем побежал прочь с такой скоростью, что я заподозрил его в применении магии ускорения. Но нет, всего лишь страх потерять дело.

— Спасибо, Иван Владимирович, — с улыбкой произнесла моя студентка. — Но я бы и сама справилась.