Красота – неимоверная.

– И как это согласуется с рабством?

Вот этого Алаис точно понять не могла. Далан нашел где-то деревяшку, подпихнул ей.

– Не сиди на холодном, нельзя. А рабство… Не знаю. Просто не знаю.

Алаис тоже не знала. Что ж, оставалось ждать капитана. И – да! Любоваться на море и на статую. Красиво же! Таким и Людовик не побрезговал бы! Любой из.

Готовиться к плаванию Эдмон начал уже на следующий день. Команда хоть и ворчала, но слушалась.

Капитану виднее.

Да и хорошее место – Атрей.

Сытное, спокойное…

Но прежде, чем отплыть, надо на корабль загрузить припасов, товаров, канаты проверить, паруса подлатать, корпус корабля осмотреть…

Ну, с чем и боцман справится, а что и капитан может на себя взять.

Торговать Эдмон не слишком любил, но его корабль – его рука. Договор с купцами за ним, а уж выбрать хороший товар, приглядеть, чтобы не надули, привезти и погрузить, можно и помощнику доверить. Вот и пришлось торговаться, так что на корабль Эдмон возвращался не в самом лучшем настроении. А тут еще боцман…

– Капитан, к нам попутчики просятся. Возьмем до Атрея?

Хм-м…

Пассажиров Эдмон предпочитал не брать. Особенно женщин. И условия им создай, и море им соленое, и вода им мокрая, и перед командой хвостом повертеть…

Двое мальчишек, один, рыжий, постарше, второй белобрысый, помоложе, тоже доверия не вызвали, но хоть не бабы. И не маританцы, это Эдмон точно знал. А вот у белобрысого на шее полоса, как от недавно снятого ошейника.

Интересно?

Его внимательный взгляд был замечен, и не остался без ответа. Рыжий парень тоже провел по нему взглядом. Насмешливым, оценивающим – ты, конечно, капитан, но и мы не из водорослей сделаны.

– И что привело молодых господ на палубу моего скромного корабля?

Эдмон и не думал скрывать иронию. Белобрысый мучительно покраснел, а рыжий в ответ прищурился еще нахальнее.

– Направление его движения. В Атрей. Груз на борт возьмете?

Эдмон подумал немного.

– А родители ваши знают, куда дети ехать хотят?

– Некому знать, – отрезал рыжий. И так это получилось…

Чувствовалось, что ему до сих пор больно.

– Вы не братья.

– Нет. Я его из рабства выкупил, хочу доброе дело доделать, домой его отвезти.

Эдмон вскинул брови.

– Вот даже как?

– Говорят же – делай добро, бросай его в воду, – Алаис смотрела спокойно. Не согласится этот капитан – другого найдем. Невелика потеря… Хотя этот ей понравился. Красавчиков Алаис не любила, особенно картинных, но этот был особенным. Что-то такое было в синих глазах, в уверенных спокойных движениях, в улыбке, в растрепанных ветром каштановых волосах… ему можно было довериться. Да, именно так.

Этот мужчина с густо-синими глазами вызывал инстинктивное доверие. В нем не было ни капли искусственного.

– Нам с другом надо в Лемарну. Это по пути – или нет?

– Это по пути, – кивнул Эдмон. – Я могу зайти в Лемарну на день, купить лимонов, высадить вас на берег и отплыть.

– Сколько возьмете?

– Двадцать монет золотом с человека, – решил Эдмон.

На пропитание хватит, а больше драть и ни к чему. Все равно корабль туда идет, так что на сопляках наживаться?

– По рукам. Когда быть?

– В последний день пятидневья у нас танцы. Сразу после танцев можете быть на борту. Мы уйдем с отливом.

Алаис огляделась.

– Мы будем.