— Я трезв, как судья, — обиделся старик.

— И можешь отвечать на мои вопросы?

— Запросто.

— Давно здесь живет Феттерик?

— Месяц, может, два. Не больше. А что он натворил такого? А, понимаю!

— Что ты понимаешь?

Старик ткнул костлявым пальцем чуть не в глаз Хейза.

— Ты тот самый полицейский, которого он сегодня отколошматил, правильно?

— Тот самый, — признался Хейз.

— Значит, вы хотите его за это привлечь?

— За ним числится кое-что похуже.

— А что?

— Не важно. У него в доме есть друзья?

— Не знаю. Я в дела жильцов не лезу. Мое дело — отопление, сантехника, электричество и все такое прочее. Я в приятели им не набиваюсь. Не желаю ни с кем корешиться.

— Феттерик женат?

— Нет.

— Видел его с девицами?

— С девицами?

— Да, да, с девицами.

Старик пожал плечами.

— Не обращал внимания. Пока жилец не начинает колотить по батареям отопления, я в его жизнь не вмешиваюсь. Я тут не хозяин. Мое дело следить за трубами, за отоплением, санузлами…

— Это я уже понял.

— Ты бы спросил жильцов с его этажа. Вдруг они чего-то знают. Я в дела жильцов не лезу. Мое дело — трубы…

— Все ясно, — сказал Хейз. — Большое спасибо.

— Рад был помочь, — буркнул старик и, не успел Хейз выйти из комнаты, снова плюхнулся на кровать.

Хейз поднялся на третий этаж и постучал в квартиру № 31. Потом ещё раз, сильнее. Никто не отозвался. Он продолжал стучать. Отворилась дверь, но не та, в которую он стучал, а соседней квартиры № 32. На пороге стояла девушка.

— Там никого нет, — сказала она.

На ней были черные брюки и черный свитер, светлые волосы собраны в конский хвост. На первый взгляд она казалась здесь посторонней. Ее легко было представить в зимнем саду элегантного особняка с бокалом мартини.

— Я из полиции, — представился Хейз. — Могу я задать вам несколько вопросов?

— Вы же стучались в тридцать первую квартиру, — сказала девушка. — А я из тридцать второй.

— Вообще-то мне нужна тридцать четвертая, — уточнил Хейз.

Девушка мрачно посмотрела на него.

— Насчет Феттерика, что ли? — спросила она.

— Да.

— Проходите.

Хейз вошел за ней в квартиру. Только теперь он заметил, что свитер бь1л протерт на локтях. Девушка зажгла свет.

— Выпить не хотите? — спросила она.

— Нет, спасибо.

— Скучно живете. Суббота, вечер, люди на свидания ходят.

— Да… — пробормотал Хейз. — Так я насчет Феттерика.

— Ничтожество, — отрезала девушка и передернула плечами.

— Вы его знали?

— Так, разговаривала. — Она опять передернула плечами. — Мы вместе брали молоко. Оно, во всяком случае, было не краденое.

— Так что он собой представлял?

— Говорю вам, ничтожество, — сказала девушка. — К тому же страдает комплексом неполноценности. Похоже, мечтал спать с мамочкой, когда был подростком. Или что-то в этом духе.

— То есть? — не понял Хейз.

— Эдипов комплекс, — пояснила девушка. — Причем в тяжелой форме.