На территории 87-го полицейского участка Франклин Фелпс не проживал.

Там находился его магазин, но сам он жил в фешенебельном районе Нозерн Кресчен, в доме, который десять лет назад купил за 35 тысяч долларов, а теперь мог продать при желании за 49 500. В доме не было ничего особенного, просто за эти годы район стал престижным, и цены подскочили.

Фелпсу принадлежал небольшой участок на улице, которая называлась Пала-Виста-драйв. Мейер с Клингом медленно ехали по извилистой дороге, вглядываясь в номера особняков. Остановились около таблички с номером 35. Оставив машину у обочины, они направились к дому по мощенной плиткой дорожке. Дом был двухэтажный, крытый кедром, с кедровыми ставнями. Крыша покрашена голубым, ставни белым. Дверь тоже была белой, и на ней висел большой медный молоток. Мейер постучал.

— Десять против одного, что откроет прислуга, — сказал он Клингу.

— И спорить не буду, — отозвался тот. Дверь открылась. Юная негритянка в розовом платье уставилась на них.

— Я вас слушаю, — сказала она.

— Мы к мистеру Фелпсу.

— Как прикажете доложить?

— Полиция, — сообщил Мейер и показал значок.

— Минуточку, — сказала девушка и прикрыла дверь.

— Она не даст стрекоча через черный ход? — с деланным испугом спросил Мейер.

— Запросто, — в тон ему отозвался Клинг. — Не взять ли мне из машины баллон со слезоточивым газом?

— И ручные гранаты, — добавил Мейер. — Жаль, с нами нет мистера Коттона. Давненько в меня никто не стрелял.

Дверь снова отворилась. На пороге стояла миловидная кареглазая женщина лет сорока с небольшим. Когда-то она была блондинкой, но теперь в её волосах просвечивала седина. С приятной улыбкой женщина проговорила:

— Входите, пожалуйста. Франклин принимает душ.

Детективы вошли в холл. Серое туманное зеркало отразило их физиономии.

— Проходите в гостиную, — пригласила женщина. — Меня зовут Марна Фелпс.

— Я детектив Мейер, — представился Мейер. — А это мой коллега, детектив Клинг.

— Очень приятно, — сказала миссис Фелпс. — Не желаете ли кофе? Или чего-нибудь еще? Франклин сейчас придет.

Они проследовали за хозяйкой в гостиную. Мебель была прямо-таки из Версальского дворца. У стены между окон — бювар в стиле Людовика XVI, украшенный фарфоровыми медальонами, тремя круглыми и тремя прямоугольными. У противоположной стены стоял столик для книг красного дерева времен Регентства, а возле него — пара позолоченных стульев, опять же эпохи Людовика XVI, обитых гобеленовой тканью. Комната была уставлена старинным фарфором. Мейеру почудилось, что ещё мгновение — и в гостиную войдет с чаем и пирожными на подносе Мария Антуанетта. С некоторой опаской детективы уселись.

— Не хотите ли кофе? — ещё раз спросила миссис Фелпс.

— Нет, спасибо, — сказал Клинг.

Мейер откашлялся и с досадой посмотрел на Клинга. Он-то как раз с удовольствием выпил бы чашечку. Но шанс был упущен. Миссис Фелпс заговорила о другом.

— Вы по поводу Анни, не так ли? — спросила она.

— Да, — сказал Клинг.

— Значит, вы все знаете?

— Что?

— Насчет неё и Франклина?

— Что вы имеете в виду, миссис Фелпс? — спросил Мейер.

— То, что у них был роман, — сказала миссис Фелпс.

Клинг смутился. Мейер, который был старше, не смутился ничуть.

— Это нам известно, — кивнул он.