— Правильно, оставьте таблетку, а сами уходите и не забудьте прихватить с собой этого мистера Холмса.

— Нет, мне все-таки придется остаться, — все так же мягко проговорил Уиллис.

— А разве я посылала за вами? И вообще, кому вы тут нужны?

— Я должен задать вам несколько вопросов, мисс Кляйн, — сказал Уиллис.

— А я не желаю отвечать ни на какие вопросы. Я — больная женщина. Я пребываю в состоянии нервного шока. А теперь убирайтесь отсюда.

— Мисс Кляйн, — проговорил Уиллис очень ровным тоном, — там было убито четыре человека.

Мисс Кляйн сначала некоторое время молча вглядывалась в него, а потом согласно кивнула головой.

— Оставьте здесь вашу таблетку, сестра, — сказала она наконец. — Я тут переговорю с мистером… кстати, как ваша фамилия?

— Уиллис.

— Да, да, хорошо. Так можете оставить эту таблетку, сестра. — Она выдержала паузу, пока за сестрой не затворилась дверь, и только после этого заговорила: — Понимаете, единственное, что сейчас действительно беспокоит меня, так это — обед моего брата. Он возвращается с работы к семи часам, а сейчас уже намного больше. Он обычно бывает очень недоволен, если стол не накрыт к его возвращению. А я валяюсь сейчас тут и ничего не делаю. Вот, собственно, и все, о чем я помнила до этой минуты. — Она немного помолчала. — А тут приходите вы и говорите, что убито четыре человека, и, знаете, до меня как-то сразу дошло, что мне страшно повезло и грех жаловаться. — Она решительно кивнула в подтверждение своих слов. — Так что бы вам хотелось узнать у меня, мистер Уиллис?

— Можете ли вы рассказать мне о том, что произошло в книжном магазине, мисс Кляйн?

— Разумеется. Я поставила ростбиф в духовку примерно в половине пятого. Это, конечно, безобразие — жарить ростбиф всего на двух человек: столько потом остается, но брат мой очень любит его, поэтому я иногда и готовлю. Значит, мясо я поставила в духовку в половине пятого; знаете, плитка у меня полностью автоматизирована и отключается сама, когда еда готова. Картошка у меня была уже начищена, а консервированную фасоль я могла приготовить буквально за пару минут, уже вернувшись домой. Вот я и решила использовать свободное время, чтобы взять книгу, которую собиралась прочитать. Понимаете, у них там что-то вроде библиотеки в этом магазине, и они дают желающим книги на время. Отдел этот расположен слева от кассы. Вот я как раз там и стояла, когда началась эта стрельба.

— Стрелявший был мужчина, мисс Кляйн?

— Да. Я так думаю. Видела я его только мельком. Так вот, я стояла у того прилавка, где мистер Феннерман выдает книги как в библиотеке, и тут я неожиданно услышала этот страшный грохот. Я сразу же повернулась в ту сторону и увидела человека с двумя револьверами в руках. Он стрелял из них. Сначала я просто не поняла, что происходит, я даже не знаю, что я подумала, наверно, решила, что это какая-то шутка, розыгрыш — не могу точно сказать. А потом я вдруг увидела, как очень милый молодой человек — он был в костюме из такой, кажется, индийской ткани — вдруг упал прямо на прилавок, и сразу же его всего залило кровью, тогда-то я и поняла, что никакого розыгрыша тут нет, таких розыгрышей просто не бывает.

— А что произошло после этого, мисс Кляйн?

— А потом я, по всей вероятности, потеряла сознание. Я вообще не выношу вида крови.

— Но вы сказали, что прежде, чем упасть в обморок, вы видели того человека, который стрелял.

— Да, видела.

— Не могли бы вы описать мне, как он выглядел?

— Я полагаю, что могу.