— Так Марина Дичок — дочь Василия Архиповича?! Думал, просто однофамильцы.

— Это самое важное, что ты почерпнул из моих слов? — нахмурился Городец.

— Просто удивился.

— Теперь ты немного представляешь, какие ставки на кону. А это лишь самая-самая вершина айсберга. И я гарантировал результат операции. Я! Если что-то пойдёт не так, второго шанса мне никто не даст.

— Так стоит ли рисковать?

Георгий Иванович ответил волчьей ухмылкой.

— Стоит, не сомневайся даже. Это всё в кровных интересах республики. Вот только есть в этой схеме одно слабое звено…

— Я?

— Ваш любовный треугольник!

— Да нет…

— Послушай меня, Петя! Просто притащи его обратно. Хорошо?

— Да на кой чёрт он вообще там сдался?! — не выдержал я. — Почему его снова в Айлу не пошлют?

— Если бы это сработало, не сомневайся — послали бы, — заявил Городец и нацелил на меня указательный палец. — Так ты притащишь его?

Я тяжко вздохнул и нехотя пообещал:

— Притащу, сказал же! Заладили, будто пластинку заело! И с чего вы вообще взяли, что это именно мне придётся его тащить? Почему не ему меня?

Георгий Иванович фыркнул в усы.

— Действительно не видишь разницы между первоначальной настройкой и очередной подстройкой?

— Ну, допустим, — пробурчал я. — А попадём мы туда как? Правильно ведь понимаю, что на захват источника уповать не стоит? Какая-то спецоперация проводиться будет?

— Всё ты понимаешь правильно, а теперь беги переодевайся, я тебя тут подожду.

Надо же! А я и не заметил за разговором, как мы до госпиталя дошли!

Городец направился к газетному киоску, а я миновал пропускной пункт и чуть ли не вприпрыжку припустил к своему корпусу, лавируя между неспешно прогуливавшимися по территории ранеными. В душе царили ужас и восторг, восторг и ужас. И портила эту упоительную смесь лишь маленькая ложечка досады.

Придётся работать с Сутолокой, чёрт бы его побрал!

Когда я уже в штатском вышел из ворот госпиталя, Георгий Иванович сложил газету и кинул её на заднее сиденье служебного автомобиля — не полноприводного вездехода, а самой обычной легковушки, не слишком-то и презентабельной, зато неброской.

— Поехали!

Справляться о пункте назначения, как и заводить разговор о цели нашей поездки при водителе я не стал, молча забрался внутрь, молча ехал всю дорогу. Очевидно, номер и марка автомобиля были доведены до всех постов, в городе нас не останавливали, предъявлять документы пришлось лишь раз — при въезде на территорию военного аэродрома, обнесённую несколькими рядами колючей проволоки и с караульными вышками, что неприятно напомнило лагерь в Джунго.

На воротах дежурили военспецы; не заметил никого в форме воздушного флота я и на территории, а все аэропланы несли на себе символику ОНКОР. Инструктор тоже оказался из наших. Лысоватый мужик в лётном комбинезоне поздоровался с Городцом, после протянул руку мне и спросил:

— Опыт пилотирования есть?

— Только прыжков с парашютом.