|
— Господи, как же я лоханулась-то, дура набитая? А ведь я всегда считала себя умницей. Самое-то интересное выходит, что в Турцию я въехала под чужим именем, хотя отдавала пилоту свой загранпаспорт вместе с другими девушками.
— А что за девушки?
— Мы летели на частном самолёте, как группа из двенадцати туристок, — Виталина поёжилась. — Знобит что-то!
— А пилот потом вернул тебе паспорт?
— Да, — кивнула Виталина. — Но мне даже в голову не пришло проверить, есть ли там выездная виза.
— Как же тебя оттуда выпустили? — удивилась Ирина. — А куда остальные девушки делись?
— В Стамбуле их встречал какой-то молодой турок… Выпустили, как видишь!
А утром следующего дня Ирине позвонил Багдасарский.
— А мне вернули деньги за «Киа Кларус», — бодрым голосом сообщил он. — Позвонил Иван, извинился. В общем, я обещал ему забрать заявление из милиции.
— Подождите, Константин Ираклиевич, а он сам их вам передал? — заторопилась Ирина. — Бросил трубку, представляешь, Вита! Что же нам делать с этим Багдасарским, а?..
Виталина, спрятав голову под подушку, проворчала:
— Ничего не хочу знать ни про какого Багдасарского! Пусть милиция во всём разбирается. Ир, а у нас есть что-нибудь выпить?..
— Опять начинается?! — возмутилась Ирина.
— У каждого своя история любви, а также своя история пьянства. Неужели не понятно, правильная ты наша? — с ожесточением произнесла Виталина. — Скажи, ну как мне может навредить полстаканчика виски? Умру я от него? Нет, не умру!..
— Ну, девки, вы даёте, — выслушав про стамбульские приключения Виталины, шеф-редактор «Московской сплетницы» Пятницкий вскочил и закружился по кабинету. — Но как ты, мать, могла попасться на эту удочку и поехать по записке, найденной в почтовом ящике, а? Да, ещё этот браслет крестницы Байкаловой, найденный в салоне твоей машины… Откуда он там оказался?
Виталина поморщилась.
— Машину я получила вчера, никакого браслета в ней нет. С крестницей Байкаловой я никогда знакома не была, поэтому, как её браслет оказался в моей машине не знаю.
— Между прочим, в милиции не торопятся и личность того, кто продал машину Виталины, так до сих пор и не установлена, — сказала Ирина. — И Багдасарский на наши звонки не отвечает уже второй день. Деньги за машину ему вернули, вот он и самоустранился.
— А разве с него не взяли подписку о невыезде? — хмыкнул Пятницкий. — Ведь он, как не крути, купил краденый автомобиль… Хотя я, кажется, придумал, что можно сделать… Какой он из себя? Маленький и толстый? Ага, значит, угадал, Багдасарского мы сейчас напугаем до полусмерти! Так, Ира, узнай через нашу базу данных его городской телефон и если он дома, то ему сейчас не поздоровится!..
Когда Ирина услышала бодрое «хэллоу» Багдасарского, она поздоровалась и деловито прощебетала:
— Константин Ираклиевич, я должна вас предупредить…
— О чём? — рассерженно перебил Багдасарский.
— Человек, который вернул вам деньги за «Киа Кларус» является серийным убийцей и вы последний, кто его видел! Вы меня хорошо слышите?.. Возможно завтра, когда вы будете идти к вашему подъезду вместе с вашей очаровательной жёнушкой, этот человек вас встретит, но не улыбкой, а совсем другим…
— Чёрт вас дери! — заверещал в трубку Багдасарский. — Я уже сам не рад, что взял эти деньги…
— Константин Ираклиевич, пока вы живы, судя по вашему бодрому фльцету, возьмите себя в руки и отнесите в милицию найденный в машине браслет. |