|
Идти сразу домой было нельзя, пришлось заглянуть на завод, чтобы передать заместителю дела "на время отъезда" - ведь говорить о возможном назначении на пост главного инженера недопустимо! Степан вернулся домой почти одновременно с Андрюшей и, как только тот показался, объявил ему о своем отъезде. - В Москву? - удивился Андрюша. - Зачем? Степан пожал плечами: - Я не могу сказать тебе всего. Но кое-что скажу. Получу в Москве орден, которым меня наградили. Андрюша даже подпрыгнул: - Орден? Ленина? За что? Степан рассмеялся: - Нет. "Знак Почета". За установку насоса. - Так ведь тебе же за это выговор объявили!.. - Выговор - за опоздание. А за пуск завода - орден. Такова диалектика, дорогой мой братец Андрюша! - И Степан взъерошил волосы у него на голове. - Достань из-под кровати чемодан. Андрюша сначала торжественно пожал брату руку, а потом бросился исполнять приказание. Никогда еще мальчик не был так горд, как в этот момент, стоя на четвереньках перед кроватью и вытаскивая из-под нее пыльный чемодан. Степан - орденоносец! Там, в Москве, одобрили его идею, оценили, что он не спал десять суток и пустил завод! Значит, из Москвы виднее! - Подожди! - вдруг вскрикнул Андрюша и сел на пол, смотря снизу вверх на брата. - А как же бак? - Бак? - нахмурился Степан Григорьевич. Нефтяной бак, на котором давно стерлись буквы "Нобель", старый, никому не нужный, стоял, примыкая к новому школьному зданию. Огромный, наполовину врытый в землю, он занимал часть предполагаемой спортивной площадки, Андрюша от имени пионерской организации школы - он был председателем совета отряда - приставал к брату, настаивая, чтобы он, как главный механик завода-шефа, распорядился убрать бак. Сначала брат обещал это сделать, хотя и говорил, что поднять бак очень трудно и дорого. Но он все-таки обещал. И вот теперь он уезжает, а в школе скоро начнется спортивный сезон... - Бак? - повторил Степан, отворачиваясь. - Видишь ли... положение несколько изменилось. Ты не знаешь, что такое финансовая дисциплина. Я не могу оплатить работы, связанные с подъемом бака, ибо подобные расходы нигде не предусмотрены. Андрюша не верил ушам: - Но ведь ты обещал! Степан поморщился: - Я не могу послать рабочих за пределы завода. Подобное распоряжение повредило бы делу... и мне... И вообще это недопустимо. На месте главного инженера я бы этого не позволил. Андрюша вскочил, тонкий, бледный, со взъерошенными волосами. Глаза его сверкали, на скулах выступили красные пятна. - Ты не можешь так говорить! Что подумают ребята и директор, которым я от твоего имени обещал! Степан усмехнулся: - Что ж. |
