— Эту хорошую новость Элспит может и не услышать, ваше величество.

— Что? — воскликнул Кайлех, пролив вино на руку. Заинтригованная его реакцией, Валентина продолжила:

— Я слышала, Элспит была на волосок от смерти, и ее повезли в Перлис. Так мне сказал Лайрик.

Король побледнел.

— Что с ней случилось?

— Почему это так вас волнует? Она ведь ваш враг?

Он помрачнел, не зная, что сказать.

— Меня это волнует. — И больше никаких объяснений. — Она жива?

— Да, — ответила Валентина. — Но это все, что я знаю.

Уил, погруженный в мысли об Элспит, машинально поставил на стол бокал и стал теребить мочку уха. Он не заметил, как вытянулось при этом лицо королевы. Скорее всего Элспит была с Крисом Доналом, решил Уил. Валентина кивком подтвердила его соображения, когда он спросил об этом. Уил не мог знать, что она потеряла дар речи, заметив у Кайлеха ту же привычку, которую уже наблюдала у четырех человек, начиная с Уила Тирска.

— Валентина, — начал Кайлех, но королеву больше не интересовала та странная игра, в которую они играли друг с другом.

Она вдруг встала и напрямик спросила:

— Почему Нейв сидит рядом с вами? Он принадлежит Уилу Тирску и смотрит по-доброму только на тех людей, которых любит Уил. Почему он согласился вас сопровождать?

Уил уже не мог выдерживать все нараставшее напряжение между ними. Он тоже встал, оказавшись лицом к лицу с женщиной, которую любил. Она стояла совсем близко и была на голову ниже его. К ее чести, Валентина не испугалась. Любая друга женщина подняла бы крик, призывая стражников, но вызов в глазах королевы только еще больше разжег его желание, и он обнял ее и прижал к себе. В этот раз он поцелует ее как мужчина, и плевать на последствия.

Валентина не сопротивлялась. Она все равно не смогла бы ему противостоять, даже если бы захотела. Ей было абсолютно безразлично, кто ее целует — Уил Тирск, Ромен Корелди или даже Илена Тирск, — потому что Кайлех, король горцев, обладал обаянием, создававшим вокруг него особое притяжение. Если рядом с Роменом у нее учащался пульс, то сейчас сердце буквально рвалось из груди, если ее тело жаждало прикосновений Ромена, то сейчас она была готова упасть на пол прямо перед камином и потребовать, чтобы Кайлех взял ее немедленно, как варвар, каковым его считают. Страсть, когда-то испытываемая к Ромену, была ничем по сравнению с диким желанием, возникшим при встрече с этим золотоволосым мужчиной. Огромные руки обхватили ее плечи, и они оба почувствовали, как в них разгорается любовное пламя.

Уил наконец нашел в себе мужество. Он решился поцеловать Валентину и мгновенно ощутил в груди испепеляющий огонь и необходимость утолить давно мучивший его голод.

Огонь в камине почти погас, но они не замечали холода. Их обнаженные тела все еще были сплетены, Валентине казалось, они стали одним целым. Ее стройные ноги начинали движение, а мускулистые ноги Кайлеха заканчивали его. Молодые люди лежали лицом друг к другу, девушка гладила золотые волосы возлюбленного и думала, что готова провести в его объятиях всю оставшуюся жизнь. Кайлех смотрел на нее так, что сердце Валентины переполняло от счастье.

— Наверное, сначала я должен поинтересоваться? — спросил он.

Она засмеялась, чувствуя радость и покой, которые уже и не надеялась испытать.

— Видимо, да, потому что у меня это было в первый раз.

— Я убью себя, если причинил вам боль! — воскликнул Кайлех.

— Не таких слов я ожидала от короля-варвара.