Артист, который знает мир как свои пять пальцев, проводит время как обычный человек? — подумала Рейн, а вслух произнесла:

— До сих пор не верится, что такая красота совсем недалеко от нашего отеля.

Что я делаю? Это ошибка, думала Рейн. Ее внутренний голос твердил об этом с самого начала, но она по глупости решила, что может слегка приоткрыть завесу в тот мир, о котором когда-то запретила себе думать.

Она слишком долго была вне игры, чтобы обвести этого парня, и хорошо знала об этом. Кроме того, Рейн мешали взыгравшие гормоны. Ей хотелось просто откинуться в кресле и наслаждаться присутствием Скотта. Человека, который начал играть раньше, чем ходить или говорить, который делал в своей жизни ставки на все, что только находилось под солнцем.

— Мне тоже не верится, — ответил Скотт и заехал на парковку для посетителей парка. Повернувшись к Рейн, он снял темные очки, но его глаза по-прежнему не были видны из-за козырька бейсболки. — Ты бывала здесь раньше?

Теперь тон его голоса поменялся, он просто вел непринужденный разговор. Никакого флирта. Но Рейн это нисколько не смутило.

— Нет, не бывала. Я прочла об этом парке в рекламном листке у себя в номере.

— А я был здесь несколько раз. Ну как, ты чувствуешь опасность? — Его глаза светились любопытством.

— Так, немножко. — Рейн подозревала, что он имеет в виду нечто совсем другое, чем предстоящая дорога. Она никогда не рисковала, всегда выбирала безопасный и разумный путь. Даже ее карьера — и та всегда была стабильной. Обходиться без приключений — цель ее жизни.

— А что нужно, чтобы увеличить опасность? — спросил Скотт.

— Не знаю, может быть, узнать тебя лучше?

Скотт кивнул и снова надел очки.

— Какая на тебе обувь?

— Зачем тебе?

— Здесь есть тропа, которая ведет к водопаду. Но если у тебя нет специальной обуви для таких прогулок…

— У меня нет такой обуви, к тому же я не очень спортивная.

— Тогда как насчет тропы полегче? — Скотт достал из бокового кармана на дверце машины потрепанный путеводитель. — Ты сможешь преодолеть две мили?

— Я так поняла, что возможность просто проехаться по парку даже не обсуждается.

Учитывая, что Скотт приехал в Лас-Вегас всего несколько дней назад, подумала Рейн, он, тем не менее, чувствует себя здесь очень комфортно, прямо как дома. У нее вообще сложилось впечатление, что он везде и всегда как дома. Рейн даже позавидовала ему. Пытаясь обрести внутренний покой, она знала, что для этого ей нужны знакомые люди, знакомые предметы и знакомая обстановка. А он — хамелеон, который меняется и приспосабливается к окружающей обстановке, напомнила она себе.

— Вот то, что нам нужно! — воскликнул Скотт. — Вот эта тропа, но я не уверен, преодолеешь ли ты этот путь…

— Отлично, я смогу преодолеть две мили, если дело только в этом.

Рейн направилась в специальный пункт зарегистрироваться, а Скотт начал собирать необходимое снаряжение. Она нашла его через пять минут на стоянке, где он разговаривал с двумя парнями.

— Вот моя дама, — сказал он, оставляя парней и присоединяясь к Рейн.

— Я твоя дама?

Она никогда не принадлежала ни одному мужчине. Рейн и любовью-то занималась всего два раза в жизни. Ее первый бойфренд учился с ней в колледже, и их любовь длилась один семестр. Второй искал работу в сфере телевидения и решил, что Рейн — самое подходящее средство для достижения цели.

Рейн знала, что сама виновата в своем одиночестве. Она не доверяла мужчинам.