О чем он, черт возьми, думал, когда заключал это проклятое пари? Ведь он решил поухаживать за Рейн еще до того, как встретил Стиви и поспорил с ним. Есть в ней что-то такое, что уже задело его и держит в возбужденном состоянии.

Остановившись на склоне горы, Скотт выключил двигатель. Надо дать Рейн намного расслабиться. Всю дорогу она была слишком молчалива.

— А почему мы остановились? Что-то с машиной? — Рейн прислонилась головой к подголовнику сиденья, вытянула свои длинные ноги и сняла с головы бейсболку. Ее волосы были в беспорядке, лицо разрумянилось от свежего воздуха. Скотту так захотелось прижаться к ней и уткнуться лицом в ложбинку на шее, вдохнуть запах женщины и поцеловать пульсирующую жилку… Надо охладить свой пыл, но он подозревал, что его ничто уже не остановит. Рейн разожгла его кровь.

— С машиной все в порядке. Просто я подумал, надо разрешить, тебе сесть за руль. — Теперь ему хотелось как можно больше времени провести с ней. Интригующая мисс Рейн Монтгомери по-прежнему оставалась тайной, которая требовала разгадки.

— Правда? — Глаза Рейн расширились от нетерпения.

Скотт откинулся на своем сиденье и сложил руки на груди.

— Ну, если ты не хочешь…

— Конечно, хочу!

— У тебя есть штрафные талончики? — ехидно спросил Скотт.

— Ты издеваешься надо мной? Слова «осторожный водитель» были придуманы специально для меня.

Скотт с ужасом начал осознавать, что проклятое пари так и не даст ему покоя. Такие женщины, как Рейн, слишком чувствительны, чтобы когда-нибудь простить такое. Он и сам теперь не знал, сможет ли простить себя…

— Интересная ситуация складывается, давай проясним. Ты живешь себе спокойно, без приключений, не получаешь штрафов, не назначаешь свиданий. А как ты называешь инцидент с дорожным ограждением?

Рейн схватила его за руки.

— Это неудача. Я, правда, так осторожно вожу машину, что езжу со скоростью даже ниже допустимого предела.

— А как ты развлекаешься? — спросил Скотт, потому что действительно хотел знать это. Чем бы она ни занималась, он будет в этом участвовать. Даже если это мини-гольф.

— Я живу полной жизнью, — настороженно ответила Рейн.

Скотт всего лишь поддразнивал ее и не ожидал такой серьезной реакции с ее стороны.

— Я пошутил. Надеюсь, ты не скажешь, что увлекаешься мини-гольфом.

— После твоих вопросов я почувствовала себя скучной личностью, которая, кроме работы, ничем не интересуется. И кстати, что такого предосудительного в мини-гольфе?

В ее голосе он услышал критические нотки, и это напомнило ему о критике в его собственный адрес — об отсутствии смысла жизни и ориентации в жизненном пространстве. Лишь немногие понимали суть его благотворительной деятельности, как и то, что последние пять лет он потратил, выручая из беды друзей, потерявших себя в этой жизни.

— У тебя есть интересная работа, — заметил Скотт, зная, что Рейн нравится ее жизнь. Она не из тех, кто будет заниматься нелюбимой работой. Он положил руку на спинку ее сиденья и коснулся завитков темных волос. Это были самые мягкие волосы, которых когда-либо касалась его рука…

— Думаю, ты нрав. Знаешь, я ведь еще в школе мечтала работать в шоу-бизнесе.

Скотту захотелось узнать все подробности ее детства. Может, хоть это поможет ему понять, чем живет Рейн? Например, он уже знал, что у нее нет близких отношений с родителями.

— Неужели ты всегда хотела стоять за камерой?

— Да, я не люблю самой быть в центре внимания, но мне нравится руководить процессом, советовать всем, что надо делать.