— И Виват продует? — выдохнула я, сама удивляясь.

Какое мне дело, как закончится эта чертова битва! Хватит с меня!

— Ну не совсем, — спокойно ответил Тимофей, косясь в мою сторону. Все видит, паразит этакий, ничего от него не скроешь. И почему мне только такие прозорливые мужчины попадаются? Кроме одного… Андреем зовут.

А Тимофей продолжил:

— Виталий специально не входил в игру, ждал от нас новостей. И дождался, пока я тебе не передал, что ты в безопастности.

Самой бы мне поверить, что я безопасности. Не могу поверить… не сейчас. —

— Боюсь, Альфе сегодня показательно влетит. И выйдут их игроки слегка помятые… тем более, что…

— …я подкрутил их камеры… — без улыбки продолжил Андрей. И ответил на наши удивленные взгляды: — Ну что? Уходить молча и подарка прощального не оставить?

Н-да. Что-то я не совсем узнавала своего бывшего. А как же «Альфа святая»? И алтарь с плакатиком?

— Все равно ребята из силовиков их из игры встретят и еще раз поравняют, — пожал плечами Андрей. — Ты же знаешь, Тим, у нас отморозков не совсем любят.

Вот и пусть поравняют. Как следует. Да, так им и надо, даже не жаль. Не после всего этого кошмара.

— Я бы там, может, и остался бы… но хотел сам убедится, что Сашу доставили в Виват целой и невредимой.

Не, ну целой и невредимой бы я себя не совсем назвала… но… стоп! Андрей обо мне беспокоился? И о каких-то там силовиках говорит? Он удивляет меня все больше и больше…

А дальше чем больше в лес, тем толще партизаны. И, пока мы еще не долетели, я узнала много нового об Альфе. И что те поставляли игрокам наркоту, позволяющую не спать неделями и не вылезать из игры, и что поставка наркоты стала слишком прибыльной, чтобы на нее не обратил внимания кто-то извне. И что после того, как от передозировки умерли несколько игроков, и отец Макса замял скандал (вот тебе и божий одуванчик), в игру впустили агентов нацбезопастности. Тимофея, мать вашу, и Андрея.

И что именно Андрей помог той ночью убежать Тимофею.

И попросил обо мне позаботиться. Обо мне заботится… сам бы позаботился, а? А кто меня в ночь выставил? А кто мне кровь целый год пил, гад ты этакий? Это тогда я была дурой влюбленной и ничего не видела, но теперь-то…

— Вы друзья, значит? — переспросила я, сама не веря в то, о чем спрашиваю.

Андрей и Тимофей? А я Тимофею верила… а ведь скажи кто твой друг…

— С самого детства, — усмехнулся Тимофей. — Я с этим дебилоидом за одной партой сидел. В одной академии учились, по одним и тем же вечеринкам зависали. И в один отдел попали. Так что и сюда нас вместе определили. Меня к отцу Макса, а то вдруг и тот наркотой балуется, а Андрея в качестве игрока-задрота.

Надо же, и отца Макса проверяли? Впрочем, чему я удивляюсь? Хотя, судя по всему… ничего не нашли, вот и хорошо. Макс бы переживал, если бы его отец наркодилером оказался бы, точно переживал бы… Макс… я хочу увидеть Макса…

— Хочешь сказать, что я тебя настоящего и не знала? — тихо спросила я.

Во флаере повисла тишина. Паршивая такая тишина…

— А чем тот, что был, не настоящий? — ответил Андрей.

Он еще и спрашивает? А Андрей вздохнул и продолжил:

— С тобой все было всерьез, но я не мог это показывать людям Альфы. Слишком глубоко в этом увяз. Если бы они почуяли, что мне на тебя совсем не пофиг, быстро бы использовали против меня же. Как с Максом, собственно, и вышло. Так что ради твоей безопасности…

— … ты притворялся мудаком! — выдохнула я.