— Правда, никогда.

Он вскочил на стол и отбил по нему барабанную дробь.

— Ну, если произойдёт зомби-апокалипсис, тебе нужно будет научиться.

— Мне скорее пригодятся мои навыки борьбы с зомби, чем кулинария.

Ладно, он сумел поставить точку и знал это.

Я просто снова закатила глаза и пошла к холодильнику за чесночным хлебом.

Он  был  приготовлен  изначально,  но  нужно  положить  его  в  духовку  за  несколько

минут до приготовления лазаньи. Нужен был гарнир. Салата не было, но я нашла в

морозильнике брокколи и поставила в микроволновку.

—  Если  ты  будешь  приезжать  сюда  чаще,  то,  может  быть  Тейлор  или  Дара

научат  тебя  делать  выпечку,  —  недели  не  проходит  без  того,  чтоб  Тейлор  не

приготовила какой-нибудь вкуснятины.

— Могу ли я доверить тебе секрет? — прошептал он, оглядев комнату. Мы по-

прежнему были одни.

—  Да,  конечно,  —  чтобы  как-то  занять  руки,  я  стала  вытирать  и  без  того

чистую плиту.

— Ты обещаешь никогда и никому не рассказывать?

—  Да  вот  тебе  крест!  —  сказала  я,  скрестив  руки  на  груди.  Может,  это  было

моим воображением, но его глаза ненадолго задержались в той области.

Он спрыгнул со стола, и я повернулась к нему.

— Я никогда ничего в жизни не запекал, — сказал он. Он был так близко, что

аромат его одеколона одурманивал меня, примешиваясь к запаху лазаньи. Мой мозг

замёрз, как двигатель автомобиля в январе.

— Я-я никому не скажу, — сказала я, отходя от него и делая вид, что у меня

было важное дело возле раковины.

— Я думаю, что первый раз делать выпечку нежно с кем-то особенным, а не с

кем попало.

79

У  меня  появилось  чувство,  что  мы  говорим  не  о  выпечке,  а  о  чём-то  куда

более  важном.  Когда  я  повернулась,  оказалось,  что  он  стоял  за  мной.  Он  взял  мои

руки в свои и опустился на колени.

— Будете ли вы, Джосселин Арчер, моей первой? — я была так рада, что он бы

мог услышать биение моего сердца.

— Вы имеете в виду выпечку?

Поднявшись на ноги, но, не отпуская моих рук, он улыбнулся.

— О чём, вы думаете, я говорил?

Уж  точно  не  о  выпечке.  Почему  он  не  отпустил  моих  рук?  Дверь  хлопнула,  и

тут Дасти резко разжал руки, будто обжёгшись.

—  Чем  это  так  пахнет?  —  спросила  Рене,  держа  в  руке  тяжёлый  пакет  из

магазина. Дара и Тейлор шли прямо за ней с такой же поклажей.

— Лазанья, — сказал Дасти, так как я снова пыталась научиться говорить.

— Распродажа? — спросила я, наконец.

— Да, — согласилась Рене. Её глаза как бы говорили моим: «Что?»

— Почему вы настолько странные? — спросила я, отходя от Дасти. — Решили

что-то от меня скрыть?

—  Нет,  абсолютно  ничего,  —  сказала  она,  пряча  сумки  за  спиной.