— Погодите, — сказал Савл. — Давайте-ка посмотрим, что задумал этот профессионал.

Химена обернулась, и брови ее сошлись на переносице.

— Почему он полностью не облачился в латы?

— Так он облачается только для ближнего боя, — объяснил ей Савл. — Когда ему предстоит столкнуться с мечами и копьями других рыцарей. В таких доспехах не побегаешь. Сейчас ему грозят лишь стрелы, и поэтому на нем — кольчуга и легкий шлем.

А сэр Ги уже ходил по стене взад и вперед, размахивал руками, указывая на башни, и расставлял лучников по местам. Луки защитников города озарились пламенем, и, описав в воздухе дуги, к башням врагов устремились огненные стрелы. Стрелы упали на тростниковые крыши башен, ударили по деревянным стенам и... погасли.

— Башни огнеупорные! — вскричал Савл. — Колдуны каким-то образом защитили их от огня!

— Если это сделано с помощью заклинания, я сумею его снять.

Химена подняла руки, лицо ее стало суровым, а с губ полились потоки испанских стихов.

Сэр Ги, вероятно, решил, что с первым выстрелом просто не повезло. Он махнул рукой, и к вражеским башням устремились новые огненные стрелы. Стрелы ударили по башням, погасли... но вспыхнули снова.

Химена опустила руки и довольно прошептала:

— Этого должно хватить.

Но пламя неожиданно угасло вновь.

Химена снова вскинула руки и, приказывая огню вновь возгореться, заговорила сурово, гневно. Пламя снова вспыхнуло — вражеские башни загорелись.

— Я должна непрерывно отражать их заклинания! — фыркнула Химена. — Даже полыхая, эти башни опасны для нашей стены! Останови же их, Савл!

Савл унял вспыхнувшее раздражение — он терпеть не мог, когда ему что-нибудь приказывали. Но сейчас было не до споров.

— Как скажете, леди Мэнтрел.

Он ненадолго задумался, а затем вынул из кармана моток бечевки и, завязав на ней узел, пропел:

Неожиданно одна из полыхающих башен накренилась, за ней — другая. Медленно-медленно, одна за другой, осадные башни стали клониться к земле. Савл искренне надеялся, что на момент падения в башнях не будет людей.

— Отличная работа, — с сардонической усмешкой констатировала Химена и довольно сложила руки. Кивнув, она решительно добавила:

— Просто превосходная.

Савл прямо-таки встрепенулся от похвалы, но отвернулся, ругая себя на все лады: ему бы давно следовало избавиться от подобных щенячьих восторгов.

— Хорошо, что этот юноша не отнял у нас наши походные мешки, — отметил Рамон.

— Это точно. И я готов голову дать на отсечение: сейчас колдуны вовсю распекают его за это, — хмыкнул Мэт. — Они-то небось уверены, что мы удрали потому, что у нас при себе имелись всякие магические штуковины.

Рамон усмехнулся:

— Понятно. Значит, исчезновение наших мешков огорчает их так же сильно, как наше собственное.

— Естественно. — Мэт подлил отцу травяного чая. — А может, стоило бросить мешки там? Колдуны наверняка бы не меньше года пытались докумекать, какие такие заклинания мы можем творить с помощью одеял, деревянных мисок, сыра «бри» и сухарей.

— Что ж... — вздохнул Рамон. — Они этого не узнали, но и мы узнали не так уж много.

— Я бы так не сказал, — задумчиво протянул Мэт. — Мы знаем, что за спиной у колдунов имеется вдохновитель, а сами они стоят за спиной у махди.

— Это мы и раньше знали, — отметил Рамон.