Тут в дверь кто-то громко и настойчиво постучал.

— Наверное, мы слишком громко разговаривали — кто-то нас услышал и хочет предупредить.

Мэт, не выпуская руки Алисанды, встал и повернулся лицом к двери.

Алисанда быстро вытерла слезы, нежно сжала руку мужа и тут же отпустила.

Она села прямо, едва касаясь спиной спинки кресла. Казалось, на плечи ее легла невидимая мантия власти.

— Войдите! — крикнула королева. Дверь распахнулась, и в кабинет шагнул стражник. С поклоном он сообщил:

— Ваше величество, прибыл гонец от короля Ринальдо.

— От короля! — Алисанда резко встала. — Немедленно впустить!

Стражник отошел в сторону, и в кабинет вошел невысокий мужчина, с головы до ног покрытый дорожной пылью. Казалось, еще мгновение — и он свалится от изнеможения. Лицо его было землистого цвета, однако он изо всех сил старался держаться прямо. Вытащив из сумки пергаментный свиток, он подал его королеве с низким поклоном и чуть было не упал. Мэт шагнул к гонцу и подхватил его.

— Ты храбрый человек, гонец, — сказал Мэт, — если сумел доставить нам весточку в такое страшное время.

Алисанда оторвала взгляд от пергамента.

— Тут не написано ничего такого, чего бы мы уже не знали. Сказано, что мавры вырвались из своего южного анклава и выступили против короля и его войска.

— Да, ваше величество, — кивнул гонец, и каждое произнесенное им слово несло в себе груз усталости. Говорил он с чудовищным ибирийским выговором, но понять его все же было можно. — Свиток был заготовлен на тот случай, если я попаду в лапы к врагам, а главное я должен передать вам на словах.

— Говори же! — приказала королева.

— Тафа ибн Дауд молниеносно атаковал с юга, — отвечал гонец. — Его люди нападали на нас неожиданно, и число их подобно числу травинок в поле. За один день он завоевал половину провинции Веллезе и вел сразу пять сражений в пяти милях одно от другого. Его конники не имеют тяжелых доспехов, но они налетают на одного нашего рыцаря впятером, кидаются, словно гончие на медведя, и рвут на куски, пока рыцарь не падает без сил. — Голос гонца сорвался, он опустился на одно колено. — О, ваше величество, скачите быстрее! Если вы сейчас же не выступите на помощь нашему королю, вся Ибирия погибнет!

Гонец покачнулся и чуть не упал — Мэт успел поддержать его. Один из стражников подскочил с другой стороны и обхватил его за плечи.

Алисанда обернулась к Мэту с непоколебимой решимостью монарха.

— Больше нет времени разговаривать о каких-то самоличных вылазках, лорд Маг. Война пришла в Меровенс. Мы должны выступать в поход.

— Почему же я должна оставаться и охранять замок, Рамон? — В глазах, ее мелькнула тень страха. — О, мой любимый, как же мне жить, если ты никогда не вернешься ко мне?

Рамон обнял ее и прошептал:

— Не сомневайся, я вернусь, любимая! Что мне какая-то война, если меня ждет такая женщина!

— Но почему бы тогда мне не отправиться со всеми вместе, а тебе не остаться здесь?

— Потому что в средние века долг женщины состоял в том, чтобы оставаться дома и хранить замок. Именно поэтому мужчины не брали их с собой на битву.

— А мы что же должны давать нашим мужчинам рисковать собой? Почему же жена Матео не остается дома?

Химена в общем-то и сама понимала почему. Понимал и Рамон.

— Потому что она — королева, и магия этого мира придает ей уверенность в бою. Она точно знает, где разместить войско и как вести битву. Судя по тому, что здесь говорят, она опытный тактик.