– Но если я вступлю на этот путь, то предам всех вас! – прошептал Джесс.

У него вдруг закружилась голова. «Должно быть, я и впрямь не в себе, – хмыкнул он, – если беседую с давно умершими предками!»

На крыльце его уже ждала большая толпа.

Энтони Миллер, что-то возбужденно выкрикивая, палил в воздух.

– Ради Бога, прекратите! – взмолился Джесс, чувствуя, что голова гудит, как чугунный шар. – Кто-нибудь может объяснить мне, что произошло?

– Раскол, Джесс! Старина Линкольн, этот упрямый ее северянин, призывает штаты собирать войска. Но Виргиния ни за что не поднимет оружия против своих южных братьев! Только что законодательное собрание единогласно проголосовало за выход из Союза. Мы отделились, Джесс! Мы больше не входим в Соединенные Штаты!

К горлу Камерона-старшего подкатил комок, но, к счастью, никто из окружающих не заметил его состояния. Все, как расшалившиеся школьники, что-то кричали, стреляли в воздух, хвастливо заявляли, что разделаются с янки за пару недель, если, конечно, те вообще посмеют сюда сунуться.

Он устало опустился в массивное кресло, стоявшее у стола. Криста тотчас подняла на брата глаза и, не задавая вопросов, подала горячий кофе.

– Спасибо, сестренка, – очнувшись от задумчивости, пробормотал он и оглянулся на молодых людей, все еще бесновавшихся в саду.

Даже брат вел себя как идиот – то и дело бросал в воздух фуражку и воинственно гоготал.

– Ты знаешь, Дэниел собирается сегодня же подать рапорт об отставке, – сообщила Криста.

Джесс молча кивнул, отхлебнув кофе.

– И еще новость, – продолжила сестра торопливо, не сводя с него встревоженных глаз. – Линкольн направил сообщение из Белого дома в Арлингтон-хаус.

В Арлингтон-хаусе жил полковник Роберт Ли с женой и детьми. Жена Ли приходилась правнучкой Джорджу Вашингтону, а дом построил ее отец, о котором напоминали старинная обстановка и множество предметов, принадлежавших еще первому президенту. Арлингтон-хаус находился на возвышенности у реки, откуда открывался великолепный вид на Вашингтон – весьма удобное стратегически положение.

– И что же? – полюбопытствовал Джесс.

Она поспешно добавила:

– Линкольн собирался предложить Ли командование союзными сухопутными частями. Все знают, какой он блестящий полководец, даже Линкольн. И ты представляешь… – Криста сделала эффектную паузу. – …Представляешь, Ли отказался! Он был противником раскола, во всяком случае так говорил Дэниел. Но теперь, когда Виргиния отделилась, Ли подал в отставку. И все собираются последовать его примеру, Джесс…

Он молча кивнул и вдруг криво усмехнулся:

– Зачем ты вчера позволила нам так напиться, Криста? У меня теперь голова гудит, как чугунный колокол!

Поднявшись из-за стола, он взглянул на юнцов, все еще вопивших на лужайке; один из них как раз вытаптывал розовый куст.

– Извини, – пробормотал Джесс и направился в дом.

Апрельское утро выдалось прохладным, но в холле благодаря предусмотрительности Кристы весело пылал камин.

Джесс облокотился о решетку. Теперь, когда отделение Виргинии стало фактом, он испытывал странное чувство.

Кто-то с шумом ввалился в холл. Обернувшись, Камерон увидел лицо юного Энтони Миллера, пылавшее от возбуждения.

– О, Джесс, простите, я не хотел нарушать ваше уединение. И все же, черт возьми, вы могли бы вместе с нами отпраздновать это событие!

Джесс в упор посмотрел на экзальтированного юношу, глаза которого горели адским огнем, и не смог удержаться от гнева:

– Энтони, кровь уже пролилась.