Изменить размер шрифта - +

— Да. И из-за осознания собственного провала ей очень тяжело демонстрировать привязанность ко мне. Долгое время я думала, что вина лежит на мне, а теперь знаю, что это неправда. Поняла, когда мать меня оставила. Бросила, потому что получила такую возможность, потому что я поставила ее перед выбором, позволившим устраниться. Я могла бы заставить ее гордиться тем, чего она добилась в моем лице, но никогда бы не сумела заставить полюбить себя.

Джон, не сдержавшись, обнял Элизабет и стал гладить по голове, а она со вздохом прислонилась к его плечу.

— Все будет хорошо, Лиз.

— Мне так хочется в это верить…

Он встретился взглядом с Терри и заметил в ее глазах слезы жалости и сочувствия. Хорошо, что она слышала весь разговор. Теперь девочка знает, что на свете есть два человека, которым не безразлична ее судьба, а он сам приложит все силы, чтобы обеспечить ее благополучие.

 

Сергей встретился с братом и племянником, а также с Ильей и одним из помощников, пользующимся особым доверием. Дети радостно плескались в бассейне под неусыпным надзором женщин, а мужчины сидели за длинными столами для пикника, уставленными всевозможными яствами. Прохладительные напитки покоились в широких ведерках из нержавеющей стали, наполненных льдом. На лужайке старшие дети играли в волейбол под сопровождение оглушительной музыки.

Маленькие компании доставляли Сергею больше радости, чем многолюдные шумные вечеринки в обществе членов семьи и друзей. Он священнодействовал над огромным грилем, полученным в подарок ко дню рождения от старшей дочери и зятя. Сергей по достоинству оценил эту американскую традицию. Золотые часы «Ролекс» и цепь с нательным крестом сверкали в ярких солнечных лучах. Сам хозяин был одет в хлопковую рубашку и брюки, поверх которых красовался ярко-красный игривый фартучек, словно призывая гостей расцеловать повара.

Гриль аппетитно дымил, а Сергей неспешно переворачивал толстые гамбургеры, мясные колбаски и шампуры с овощами, вымоченными в фирменном маринаде, рецепт которого был известен ему одному.

— Мать работает в больнице, — сообщил племянник Сергея Михаил. — Проводит там целые дни, а часто остается и на ночь. Раз в неделю ужинает с мужчиной, с которым спит. Четыре раза в неделю ходит в спортзал, где у нее личный тренер. Посещает косметический салон, делает там прическу и маникюр. В общем, ведет такую жизнь, будто дочери и нет на свете.

Сергей молча кивнул, перекладывая овощи на тарелку.

— Я обыскал ее дом, — доложил помощник. — Проверил все телефонные звонки. Звонит в больницу, приятелю, коллеге, в парикмахерскую, но ни одного звонка в полицию, федеральным маршалам или ФБР.

— Но она должна встречаться с дочерью, — настаивал Михаил. Он был полнее брата, а в волосах виднелись широкие седые пряди. — Ведь она же мать. — Он бросил взгляд в сторону бассейна, где его собственная жена о чем-то весело болтала с дочерью, пока внуки плескались в воде.

— По-моему, у них нет близких отношений.

— Нет, мать есть мать, — не унимался Михаил. — Она должна видеться с дочерью.

— Можно ее взять, — предложил помощник. — Например, по дороге в больницу… уговорим ее рассказать, где находится девчонка.

— Настоящая мать ни за что не скажет. — Сергей уже раскладывал гамбургеры на второй тарелке. — Скорее умрет. А если она относится к другой категории матерей, а по моим сведениям, именно так и есть, то действительно может ничего не знать. Ну, схватим ее, а девчонку тут же перевезут в другое место и усилят охрану. Следовательно, мы имеем дело с матерью, которая на самом деле таковой не является.

— И в доме нет никаких вещей девочки, только в спальне, — подтвердил помощник. — Да и тех немного. И все разложено по коробкам, как на складе.

Быстрый переход
Мы в Instagram