— Фигово, — подумала я вслух. — Ладно, продолжим. Делай — раз!..

Парни хорошо подготовились (а тренировались, кстати, на мне!), поэтому мы живо надели маски, Тео живо связал Джинни руки за спиной и ноги в щиколотках, Драко отменил действие заклятия, а я, стоило той приоткрыть рот, засунула туда кляп.

— Не кричи, никто не услышит, — сказала я, как злодей в третьесортном кино. — Как ты уже, наверно, догадалась, Гарри Поттер был всего лишь предлогом, чтобы выманить тебя в это уединенное местечко…

Нет, надо смотреть меньше гангстерских боевиков! Папа же засмеет, если узнает, как я выражаюсь!

Сдавленное мычание и поднятые домиком брови, видимо, означали вопрос, мол, что же тогда надо от бедной первокурсницы этим подозрительным типам?

— Тетрадка где? — спросила я напрямик. — Только без гримас, я знаю, что она у тебя.

Джинни яростно затрясла головой, на глаза навернулись слезы.

— Значит, у тебя ее нет, я верно поняла?

Та так же отчаянно закивала.

— Ну, раз ты даже не изобразила непонимание, значит, в курсе, о какой именно тетрадке идет речь, — заключила я. — А раз ее нет у тебя, ты знаешь, у кого она, да?

Уизли застыла, глаза забегали.

— У Поттера? — спросила я наобум.

Джинни так замотала головой, что я побоялась, как бы та не отвалилась.

— Если я выну кляп, скажешь, у кого она?

Девчонка насупилась.

— Понятно, — констатировала я печально. — Придется делать больно. Впрочем, для начала обойдемся тем, что сделаем некрасиво…

Я вынула из кармана нож (уже не простенький перочинный, папа отдал мне свой складной швейцарский с полным набором инструментов) и принялась неторопливо выбирать, что бы такое использовать.

— Штопор — очень многообещающая штука. — комментировала я. Металл красиво поблескивал в лунном свете. — Можно засунуть его в ноздрю или в ухо, главное, не перестараться. Нож… ну это потом. Вот ножнички, очень острые, запросто отстригут кончик носа или ухо. Но пока что мы ограничимся… — Тут я срезала прядь рыжих волос. — Я плохой парикмахер. Умею только брить наголо…

Тео понятливо оттянул косичку Джинни, я примерилась, но тут девчонка захныкала. Понятное дело, если всей красоты — только волосы, не захочешь с ними расставаться!

— Так где тетрадочка-то? — спросила я. — Говорить будем или займемся стрижкой?

Джинни закивала.

— В смысле — скажешь?

Она снова закивала.

— Ну хорошо, я вынимаю кляп. Завопишь — у меня рука дрогнет, учти, останешься без половины волос, а может, и без уха, — предупредила я, осторожно вытащив у нее изо рта обслюнявленный носовой платок.

Уизли сглотнула, шмыгнула носом (Малфой брезгливо поморщился — это был его платок) и сдавленно сказала:

— Она… она спрятана…

— Это ясно, где именно спрятана?

Слово за слово, я выдавила из нее, где находится тайник. Оказалось, поблизости…

— Ноги ей развяжите, — сказала я. — Пойдем, Джинни, проводи меня туда. И сама открой. Мало ли, какие у тебя там капканы!

Краем глаза я заметила, как Тео подобрал что-то с пола, но решила спросить об этом позже.

Наверно, мы перепугали девчонку насмерть: ночь, луна светит, факелы мы специально затушили, где смогли, руки связаны, в спину упирается что-то острое (это был карандаш, не стану же я с ножом так рисковать, Джинни ведь и оступиться может и налететь на него)… На месте пришлось развязать ей руки, но тайник она смогла открыть не сразу, так они тряслись.