Этого Грейс не знала. Но она чувствовала по себе: с каждым днем воспоминания прошлого казались ей все более реальными, а настоящее превращалось в парад теней.

Они добрались до Второго Круга города. Из того, что Грейс удалось узнать, это был священный квартал. На Земле она никогда не верила в богов, и даже здесь, на Зее, где боги были реальны и присутствовали в жизни, Грейс все же не слишком думала о них. Они были одновременно и более слабыми, и более опасными, чем ей представлялось. Однако величия здешних белокаменных храмов она не могла отрицать. Над ними поднимался огромный синий купол. Это скорее всего был Этерион, о котором упоминала Мелия.

Они достигли ворот Первого Круга и увидели, что позолоченные ворота плотно закрыты. Похоже, мнение императора не изменилось.

Мелия поправила закрывающую лицо вуаль и направилась к маленькой красной двери в стене у ворот. Она постучала три раза. Затем толкнула дверь руками, и когда Грейс показалось, что богиня сейчас разнесет дверь в щепы, верхняя створка открылась и появилось лицо толстого стражника.

— Пожалуйста, сообщите министру Ворот, что я требую встречи с ним! — заявила Мелия.

— Министр не принимает никого без предварительной договоренности.

— Простите. — Мелия положила руку на плечо солдата. — Я вижу, вы совсем глупы, так позвольте мне объяснить вам проще. Я буду разговаривать с министром.

Солдат моргнул.

— Конечно, Ваше святейшество. Я сейчас приведу министра.

Дверь закрылась. Грейс уже собралась спросить Мелию, не применила ли она свой Дар, как вдруг дверь распахнулась снова. Министр Ворот оказался изумительно красивым и нарядно, даже щегольски одетым мужчиной того же возраста, что и Тревис. Его борода лоснилась благовонным маслом, на пальцах сверкали перстни. Он лишь взглянул на Мелию и остальных, нахмурился, и его лицо сразу же лишилось красоты.

— Я не знаю, почему в этом городе терпят воров и бродяг, — произнес он надменно. — Но я знаю точно, что их присутствие не приветствуется под сенью императорского дворца.

Мелия откинула вуаль, открывая лицо.

— Вы правы, министр. Я действительно в своем роде бродяга. Однако этот город был моим домом почти две тысячи лет.

Глаза министра расширились, но потом сузились снова.

— Леди Мелиндора. Простите мне мою грубость. Я не узнал вас в таком… наряде. Однако я должен сообщить вам, что император не изменил своего мнения о вашем прошении. Если бы вы указали мне место, куда я могу отправить сообщение, то в следующее же мгновение после окончания траура императора я сообщу вам об этом.

— Нет, министр, — ответила Мелия с холодком. — Вы сейчас же откроете ворота и позволите нам увидеться с императором.

Она сделала легкое движение рукой.

К лицу министра прилила кровь.

— Не смей использовать свои трюки против меня. Если попытаешься, я призову Мисара, моего бога, и тебе придется предстать перед Этерионом за твои деяния. Даже ты не выше богов, Мелиндора.

— Давай-давай. Мне будет очень интересно услышать, что Мисар скажет об этом.

Мужчина схватил амулет в форме золотого пера, висевший у него на шее.

— Клянусь Мисаром, я сделаю это!

Мелия скрестила руки.

— Я жду.

Министр сжал амулет так, что его пальцы побелели, и, словно молясь, закрыл глаза.

Вдруг он вскрикнул, отпустил амулет и отшатнулся. Красный отпечаток амулета ясно виднелся на его ладони. Он уже превратился в волдырь.

— Мисар оставил тебя! — вскричала Мелия. — Какое зло ты совершил, что так произошло? Нет, мне неинтересно знать это.