Булат кивнул:

— Я видел, как он перемещается. Как кошка, ни звука. Мог бы и меня подловить, если б я не знал, что он там. Но будь аккуратен: в одиночках всегда есть что-то волчье. Не факт, что он не свалит, если почует выгоду.

— Посмотрим, — отозвался я жёстко, — Если он попытается предать, я сделаю так, что он пожалеет об этом. Дальше у нас возрастной — Шевцов. Возраст, опыт, но любит приказы. В сражении он помогал прикрывать фланг…

— Твёрдый, — сказал Булат. — Уважает только тех, кто явно сильнее. Тебя вроде признал. Но вот вопрос, насколько он безоговорочно станет следовать именно твоим приказам, если Император даст другой? Гляди, чтоб не было конфликта.

— Да, — пробормотал я, — Увидим, как он проявит себя. Пока, по крайней мере, не бежит к властям с докладом. Ещё тощий, вечно ухмыляется, но, судя по всему, техник он отличный.

— Он ещё и болтун, — хохотнул Булат. — Однако хорошо разбирается во взрывчатке. И кажется, что не такой уж и трус, просто прикрывается шутками.

— Согласен. И последний — электрик, техник, хакер в одном флаконе. У него в деле есть эпизод: взломал систему наблюдения за пять минут. Вроде ценен.

— Парни сказали, он уже сделал на базе какую-то перестановку сетевых узлов, — ухмыльнулся Булат. — Говорит, что теперь сигнал лучше, «хоть порнуху качай». Ну парнишка весёлый.

Я криво ухмыльнулся:

— Ладно, это пусть остаётся на его совести. В общем, вердикт таков: команда неплохая, но сыровата и разношёрстна. Сдружиться они ещё не успели, работать в команде тем более. Надо их натаскать.

Булат серьёзно кивнул:

— С утра устроишь им проверку боевой подготовки?

— Ага. Пускай привыкают к мысли, что теперь они не в имперских структурах и не в банде. У нас здесь своя, особая дисциплина, и я — главный. Потом надо дать всем чёткие роли, пусть каждый займётся тем, что у него лучше получается. Вечером потихоньку начнём совместные тренировки, а может, и раньше, если успеем.

Булат посмотрел на часы:

— Ну, меня ждут дела, так что я свалю. С утра вернусь. Завтра увидимся…

Я бросил взгляд на окна, за которыми сгущалась темень:

— Валяй. Я всё равно заночую здесь, заодно присмотрю, чтоб никто не шалил. Спасибо, что остался и помог.

— Не вопрос, — отозвался он, хлопнул меня по плечу и направился к выходу.

Слушая отдаляющийся скрип тяжёлой двери, я выдохнул и уставился на валяющийся хлам после учений. В голове крутились мысли о будущем: мы собирались вскоре отправиться в Звенигород, и судя по бумагам, там всё хуже и хуже. Если «Отряд 7» окажется неслаженным, мне придётся вытаскивать всех в одиночку. Но я не жалуюсь — привык решать проблемы самостоятельно.

Собрав последние бумаги, я закрыл ангар, погасил часть ламп и направился в одну из боковых комнат, переделанных под аскетичное жильё. Надо было хоть немного поспать. Завтра предстоит многое.

Ночью я толком не выспался. Просыпался, прислушивался к каждому шороху, потому что знал: вокруг — десяток новых бойцов, а доверять им вслепую я не привык. Вдобавок тут высокие металлические стены, любой громкий звук будто эхом долбит в мозги. В итоге ближе к пяти утра я сдался, встал, потянулся и решил: лучше уж пораньше приступить к делу.

Обошёл здание. Ещё раз досконально изучил дела всех участников моей команды.

В ангаре царил предутренний полумрак. Время близилось к шести. Осветительные лампы были отключены, лишь слабый проблеск пробивался через узкие окна наверху.