— Этого зверя?

— Тогда бери жеребца Адама, кого угодно, только поезжай!

Алекс пытался протестовать, но Элинор не отступала. Пришлось послушаться. На конюшне, к счастью, не оказалось ни одного конюха. Никто не видел, как предположительно болезненный Александр в два счета оседлал лошадь отца и, объехав город стороной, помчался сквозь дождь к дому Таггертов.

Натаниел спал на полу, у почти погасшего очага, сжимая в руке недоеденное яблоко.

— Нат, где Джессика?

— Здравствуйте, мистер Алекс, — пробормотал Нат, садясь и с новой энергией принимаясь за яблоко.

— Где Джессика? — повторил Алекс.

— Она плакала из-за Мстителя, поэтому я сказал ей.

— Что именно?

— Что лагерь Мстителя находится на острове Призрака. И там он держит своего коня.

Алекс, потеряв дар речи, широко открыл рот.

— Но я не признался, что вы и есть Мститель.

Алекс почти рухнул на стул.

— Кто еще знает? — прошептал он.

Нат, громко сглотнув, скрестил пальцы за спиной.

— Только я и Сэм. Мы проследили за вами. То есть я проследил. Сэм просто спал. Думаю, именно поэтому Сэм вас так любит. Но не волнуйтесь, Сэм все равно не умеет говорить.

— Зато умеешь ты, маленький шпион! — прошипел Алекс, рывком притягивая к себе Ната. — Следовало бы хорошенько надрать тебе задницу! И давно ты знаешь?

— С самого второго набега.

Алекс бессильно прислонился к камням очага.

— Все это время ты хранил тайну?

— Д-да… вот только Джессика тоже кое-что знает.

Алекс с неожиданным уважением взглянул на мальчика.

— Значит, — медленно протянул он, — теперь ей известно, что Мститель раскинул лагерь на острове Призрака?

Нат нерешительно закусил губу.

— Она была такая печальная. Хотела видеть вас перед тем, как выйти замуж.

Поразительно! Чтобы такой маленький мальчик мог столь верно судить о людях, да еще и держать язык за зубами!

— Хорошо, сегодня она увидит Мстителя. А ты немедленно иди домой и скажи Элинор, что я поехал искать Джессику. Обязательно скажи, иначе она будет тревожиться.

Мальчик торжественно кивнул.

— Только не проговорись об острове Призрака!

— Разумеется, — с достоинством ответил Нат. — Если слишком много людей узнают вашу тайну, вас поймают и повесят.

Алексу стало немного не по себе при мысли о том, что его жизнь находится в руках девятилетнего ребенка. Но ведь Нат нарушил тайну только ради любимой сестры.

— Иди домой, — мягко повторил он. — И скажи Элинор, что я велел дать тебе кусок яблочного пирога. И стакан эля. Если какой-то мужчина и заслуживает выпивки, так это ты.

Нат растянул рот почти до ушей.

— Есть, сэр! — лихо отчеканил он и исчез в темноте.

Он зовет ее! Она ясно слышала его голос, повторявший ее имя!

Джессика вытерла слезы и пустилась бежать, не разбирая дороги. Зная только, что бежит к нему.

Нога застряла в сломанной ветке, и Джессика забилась, словно пойманная птица.

— Джесси, осторожнее, — прошептал он, и она оказалась в его объятиях. Он стал жадно целовать ее лицо и шею. А она все сильнее льнула к нему и, боясь отпустить, впилась пальцами в его плечи. — Джесси, — допытывался он ликующим голосом, — ты по мне скучала?

Она была слишком рада видеть его, чтобы обидеться, хотя подозревала, что он подсмеивается над ней.

— Я не хотела тебя оскорбить! Ты был великолепен, когда сбросил с маяка листовки! Ты дал людям надежду.