— Кажется?

— Мэтт, Бога ради! На следующий день я едва поднялась с кровати, а когда посмотрела в зеркало, пожалела, что встала! Я рассказала гостиничному персоналу историю о транспортном происшествии и выходила из номера разве что... В общем, я тебе уже рассказывала. Пока не смогла без дрожи посмотреть на свое лицо. Все это время я просто стучала по проклятой машинке, пытаясь забыть, как сильно я пострадала и почему.

— Что ты писала? Она нетерпеливо отмахнулась.

— Предвыборную статью о Лорке, разумеется! В чем дело? К чему этот перекрестный допрос?

— Предвыборную статью о Лорке, в которой не упоминалось о его подружке, — промолвил я. — Потому что брат так и не позвонил. А ты слишком пострадала, чтобы пытаться выяснить, почему он не позвонил.

— Будь ты проклят, Мэттью Хелм!... — Элли замолчала. В затянувшейся паузе лицо ее начало медленно розоветь. Наконец она неохотно кивнула: — Да, черт тебя побери. Статью о Лорке без упоминания о его подруге. Да. Да. Единственное, чего мне хотелось, это поскорее покончить со статьей и улечься в кровать, чтобы подсчитывать синяки, исследовать свой новый рот и гадать, когда же я вновь стану похожей на человека, вернее, настолько похожей, насколько когда-то была. — Она поморщилась: — Да! Я отстучала материал, который успела собрать, и отправила в журнал. Они попросили внести небольшие изменения, но мы оговорили это по телефону. Так что мистеру Пулитцеру, видимо, придется подыскать другую кандидатуру для своей премии. Даже если он мне ее предложит, я морально обязана отказаться, не так ли? Хорошенький из меня получился журналист!

— Ты слишком строга к себе.

— Отрога? — Голос ее задрожал от недовольства собственной персоной. — Не настолько я очумела. Ведь смогла же побывать у врача и дантиста, потом ознакомиться с методами кастрирования животных... Но мне и в голову не пришло задать себе вопрос, почему это случилось со мной именно тогда, и кто и чего мог добиться унизив, уничтожив и частично парализовав меня на данном этапе расследования. Хитрый изворотливый мерзавец! Если бы мне стали угрожать, я бы разозлилась и заупрямилась, но так, как он это организовал... Никаких угроз, никаких предостережений, достаточно нанять парочку негодяев, чтобы немного позабавились с девчонкой! Заставили эту любопытную дрянь сосредоточиться на других проблемах! — Она тяжело вздохнула. — И я полностью оправдала его надежды. Несмотря на то, что скоты проговорились и выдали себя, я просто приползла в гостиницу, проклиная невезение. А потом заставила себя подняться из кровати лишь затем, чтобы закончить безобидную статью о Лорке и даже думать забыла заниматься его таинственными подружками и их скрытными братьями. Я даже не удосужилась спросить себя, что заставляет брата быть таким скрытным и почему так трудно встретиться с его сестрой. Тебе когда-нибудь приходилось слышать об исполнительнице, которая избегала бы встреч с репортерами? Обычно от них невозможно отделаться! Я кивнул:

— Стало быть, понятия не имеешь, почему Пит Свеллоу не выполнил обещания и не позвонил тебе. Элеонора покачала головой.

— Нет. Как я уже говорила, я просто выбросила из головы весь этот проклятый вечер; только так можно было жить дальше. Но я могу проверить это прямо сейчас.

— Можно подождать и до утра, — заметил я. — Тебе нужно выспаться.

— Иди к черту, — заявила она. — Следи за своим здоровьем, а уж я как-нибудь сама побеспокоюсь о своем. Возможно, мне и нужен телохранитель, но уж сиделка точно ни к чему. — Она нахмурилась. — Посмотрим, смогу ли я дозвониться до Спада Мейклджона в Майами. Вряд ли ему удастся что-либо узнать этим вечером, но он мой должник, и с утра постарается сделать все возможное.