— Правда?

— Обещаю, мне нужно развлечься, — сказала я.

И это было правдой. Я хотела хоть одну ночь попытаться быть нормальной. Одну ночь не желать убийства и борьбы.

Не мечтать о демоне, чью сущность я бы могла всосать и получить маленькую миленькую порцию тьмы.

Да. Я всеми руками была за план с развлечением.

И конечно, приблизительные пять минут слегка растягивались, потому что, когда я вынесла мусор и вернулась, то обнаружила, что не все покинули паб. Пузатые близнецы все еще были здесь, стоя рядом друг с другом возле бара.

— Мы закрыты, ребята.

— Рад услышать, — сказал Труляля, и прежде чем я смогла среагировать, достал нож и метнул в меня. Я перевернулась, но это не помогло. Он порезал мою обнаженную руку, поскольку я была в топе Кровавого Языка. Запах моей собственной крови пробудил мои чувства, рассердил меня, и я была на ногах даже прежде, чем Траляля смог присоединиться к веселью, приближаясь со своим ножом. Черта с два.

У меня не было моего ножа, он не подходил по стилю к одежде девочки из паба, но это не означало, что я не смогу найти другое оружие, я перепрыгнула через барную стойку и разбила, держа за горлышко, бутылку текилы. Одну из наших коллекционных. Не дешевую.

— Глупая девчонка, — сказал Труляля.

— Ага, — согласился Траляля.

— Мы тебя порежем, — сказал Труляля, открываю сумку, которую они припрятали за столом, – Мы тебя сломаем. Мы тебя хорошенько порежем.

Глаза Траляля расширились.

– Мы знаем твой секрет, маленькая девочка. Мы запрем тебя на веки вечные.

— Нет! – закричала я, понимая, что не должна позволить страху или злости взять надо мной верх, и зная, что я должна остаться за баром и приняться за дело.

Я все это знала и уже, перепрыгнув через стойку, послала крепкий удар в лицо Труляля, завертев его.

Он был на спине несколько секунд, но все еще оставался быстрым, не смотря на удар, и он крушил, мелькал, вертелся и бил, а я встречала каждую его атаку в защите, отчаявшись надолго вырубить его, чтобы сбегать на кухню и достать мой нож из кармана плаща. Я бы могла убить его любым обычным ножом, но только если я убью демонов моим ножом, они превратятся в липкие лужицы.

И только собственным ножом я увеличу силу и впитаю сущность – что-то, чего я и хотела.

Оба атаковали с разных сторон, и я бросилась в сторону, обнаружив себя рядом с ножом, который Труляля вначале швырнул в меня. Ножом, который пустил мою кровь.

Дерьмо. Лезвие теперь принадлежало мне, и я ухватила его, пиная двух демонов, пытающихся за ноги притянуть меня. Мои пальцы скользнули по рукоятке, и да, я достала его.

Я развернулась и подняла себя, выставив нож. И уже через мгновение Труляля был в паре шагов от меня, его лезвие, не причинив вреда, упало на землю, когда мой нож чиркнул по его шее, и демон превратился в гадкую черную лужицу.

На празднование времени не было, когда я взмахнула ножом, за мной встал Траляля, и теперь он прижимал свой нож к моему горлу.

– Безголовая, — сказал он, – Я думаю — это охрененно прекрасно.

К моей глубокой досаде, я даже захныкала, затем закрыла глаза, пойманная в ловушку, осознавая, что проиграла. Мир, себя и Роуз.

Я ждала боли, а затем осознания, что я была расчленена, но жива.

Ничего не происходило. Вместо этого, нож слегка чиркнул, порезав меня, но не убил. А затем, я почувствовала, как демон за мной превратился в лужицу, и стек по моей спине на пол.

Я развернулась и увидела Дьякона в дверях кухни. Он метнул свой нож и метнул его хорошо.

— Дьякон, — сказала я. А затем бросилась к нему. Мое тело трясло от убийства, так же как и от страха. От понимания того, что я почти попала в свой самый худший кошмар, и от отчаянной и требовательной нужды в мужчине, который воплощал мои самые горячие фантазии.