А это будет… Немного неловко.

Не хватало ещё, чтобы среди них пошли слухи про отчаянного козла, который стучится в голову и упрашивает подписать бумажку…

Глава 27. Бездна

Будет мягко говоря неловко… Всё-таки демону следует поддерживать определённый имидж, тем паче, что у Александра были большие планы на данного персонажа.

На столике перед ним лежали три тетрадки. В одной из них был записан диалог, который Александр только что отыграл с юной девушкой по имени Азель; мужчина придвинул вторую тетрадь и пролистал её.

На некоторых страницах в ней были начерчены каракули: белая птица, волк, козёл… Под ними была приведена краткая характеристики всех этих персонажей.

У каждого образа были свои преимущества. Свои сферы влияния. Поэтому Александр решил их разграничить. Так было намного удобнее держать все эти роли в голове — профессиональные актёры тоже ведут подобного рода записные книжки.

Пути господни неисповедимы, но даже самые верные его последователи начнут что-то подозревать, если их божество станет фальшивить.

С эльфами подобный поворот был особенно опасным…

Прямо сейчас они находились на том уровне развития, на котором в мире Александр впервые стал набирать обороты научно-технический прогресс… А вместе с ним атеизм, культ высшего существа и прочие духовные метания; будет неприятно, если какой-нибудь хитрый эльф обнаружит истинную природу Великого Белого Духа.

Чтобы такого не произошло, птице следовало вести себя очень аккуратно… То же касалось и чёрного волка, хотя он в последнее время стал довольно бесполезным. Племена Тёмного леса были уничтожены после вторжения Маргулов. Не было больше Дочери волка. Цивилизация, которую она построила много лет назад, погибла страшной смертью.

Впрочем, сам по себе этот образ сохранился в культурном сознании эльфийского народа, и когда Александр, интереса ради, посмотрел на распределение верований в империи, он обнаружил, к своему удивлению, что несколько сотен эльфов всё ещё поклонялись Волку. В большинстве своём это были так называемые декаденты, аристократы, которым нечем было себя занять, и которые настолько пресытились винами и прочими мирскими удовольствиями, что забавы ради решили возродить древний культ — не вполне понимая его природу.

Они собирались на тайные встречи в пригородных поместьях, заходили в подвалы, раздевались, и, купаясь в разжиженной волчьей крови, надевая волчьи шкуры на свои спины, устраивали страшные оргии… Александр застал одну такую. Всюду горели свечи, раздавались истовые стоны… Где-то сопел живой волк.

Мужчина вздохнул.

Если бы настоящая Дочь волка увидела подобный ритуал, она бы, верно, подумала, что это последователи белой птицы глумятся над её верой; она бы перевела их в фарш…

И наконец Аколипт, демон. Александр придумал его как бы исходя из обратного. Сперва он решил создать ведьму; затем мужчина вспомнил, что ведьмы, по фольклору, были злыми существами, падшими девами, которые заключили договор с дьявольской сущностью. Что ж, почему бы в таком случае не сделать эту сущность? У неё был огромный потенциал, тем паче, что с помощью данного персонажа Александр мог постепенно вписать в культурный код Мира Эльфов концепцию души.

Это было особенно важно в контексте его следующего проекта.

Александр схватил последнюю, третью тетрадку, поднялся со своего кресла и прошёлся к сияющей звёздочке, которая обозначала его творение.

Это был очередной новый мир.

Вернее сказать, макет нового мира, и макет весьма необычный…

Александр завис над ним и присмотрелся.