Наверху некоторое время совещались — голос Айрис выделялся на общем фоне, но понять, что она говорит, все равно было невозможно.

На гребне заграждения появился мучимый сомнениями Кенгар. Опасливо косясь на пауков, он протянул руку:

— Ну, парень… извини…

— Подожди, сначала ее.

Редар отцепился от скалы, поманил к себе Наю, и когда девушка подошла, шепнул на ухо:

— Маля, ты молодец, — после чего подсадил взвизгнувшую Управительницу прямо в руки мастеру охоты.

Потом влез сам. Наверху уже толпился народ — человек пять из отряда Кенгара. Редар даже пожалел свою ладонь — его кулак прямо-таки затискали обрадованные охотники. Их всех он знал — довелось и в пески ходить, и сражаться на заслонах спина к спине. Кенгар несколько мгновений постоял, глядя Редару в глаза, потом сгреб в охапку. Парень охнул — силища у мастера охоты была не мереная.

— Погоди! Раздавишь. — На груду камней поднялась Айрис. — Другим оставь! Охотников пообниматься с этим парнем найдется немало.

Люди вокруг рассмеялись.

Редар повернулся к Правительнице, поклонился коротко. Та поморщилась, но тут же посмотрела на него с улыбкой:

— Рада тебя видеть, мастер.

Заметив, как опешила стоящая рядом Ная, Редар ответил:

— Готов служить тебе, Правительница.

— Ты не устал, не голоден, есть ли у тебя вода?

Редар замер. Старый, овеянный легендами ритуал встречи важного гостя. Он решил подыграть Айрис.

Рассказывают, что Ивар Сильный ждал нашествия пауков со дня на день и укреплял свой город. К нему пришел измученный дорогой путник, и Ивар принял его с почетом. Но незнакомец нес плохие вести и ответил Ивару так же, как сейчас это сделал Редар:

— Потом. Правительница, у нас не так много времени…

Айрис кивнула, но продолжать ритуал не стала. Ивар предложил гостю отдохнуть и отложить важные дела на утро.

По легенде, путник отказался, хотя все видели, что его мучает голод и жажда. Он рассказал о приближении пауков и упал замертво. На это у путника ушли последние силы.

Редар помирать пока не собирался, да и, выполняя распоряжение Фефна, в Акмоле его хорошенько накормили. Но времени сейчас действительно не было.

— Понимаю. Хорошо, пойдем ко мне. — Айрис обернулась к Кенгару: — Я думаю, опасности нет. Можешь всех возвращать. Оставь только пару людей, вон за теми, — она кивнула на неподвижно замерших пауков, — следить.

— Куда возвращать? — не понял Редар.

— Наверх. В пещеры, откуда ты своим появлением всех выгнал.

— Я?!

— Конечно. Что, по-твоему, мы должны были подумать, увидев на горизонте два патрульных шара?

— А где муравьи? С воздуха мы ни одного не увидели.

— С тех пор, как их ночевку пожгли перед твоим исчезновением, они приходят с восходом, небольшими группками, пытаются пробиться через наши заслоны. Больше мы их и не видим…

— Значит, осады уже нет? За Айрис ответил Кенгар:

— Не все так просто. Где-то на изломе Кромки еще прячется небольшой отряд, время от времени мы натыкаемся на его следы. И в одиночку по пескам сейчас лучше не ходить — разорвут. Их разведчики рыскают кругом. Но втроем-впятером всегда можно отбиться.

Уже по пути к Приемной пещере Редар, наконец, спросил Правительницу о самом главном:

— Как Кира?

— А я все гадала, когда ты вспомнишь? Заждалась она тебя. Каждый день убегает спасать.

Редар даже поперхнулся.

— Куда?

— В первый раз в пустыню ушла, собралась аж до раскорячьего города идти.