Она неслышно вышла из тени и села рядом с ним, стройная красивая девушка, на год моложе его, семнадцатилетнего. Они были женаты меньше года; Линк до сих пор удивлялся, что Кэсси могла полюбить его, несмотря на лысину и блестящий череп. Он провел пальцами по черным блестящим волосам Кэсси, наслаждаясь этим чувственным ощущением и тем, как они вились на его ладони.

— Устала, дорогая?

— Нет. Тебе плохо, Линк?

— Пустяки, — сказал он.

— Ты смешно себя вел с тех пор, как мы совершили налет на город, пробормотала она, взяв его смуглую руку и проводя указательным пальцем по мозолистой ладони. — Ты понимаешь, что, возможно, нам не следовало этого делать.

— Я не знаю, Кэсси, — он вздохнул, его рука обхватила ее талию. — Это третий набег за год…

— Ты не спрашивал у Джесса Джеймса Хартвелла?

— Думаешь, я должен?

— Что ж, тогда, — серьезно сказала Кэсси, — тебе лучше начать думать о нашем скором уходе. Джесс не любит отсутствия аргументов.

— Я тоже не люблю, — сказал Линк. — Может, набегов больше не будет, мы движемся на юг.

— Во всяком случае, мы набили брюхо, и это уже больше, чем было за канадской границей. Я никогда не видела такой зимы, Линк.

— Она была холодной, — признал он. — Но это не страшно. Разве что…

— Что?

— После набега мне хотелось побыть одному. И никому не мог сказать об этом. У меня было странное чувство. Словно голоса у меня в голове.

— Это сумасшествие. Или воображение.

— Я не «тронутый». Ты знаешь это, Кэсси.

— И ты не куришь траву безумия.

Она имела в виду марихуану, свободно росшую в отдаленных районах. Она старалась поймать его взгляд.

— Расскажи мне, как это происходит, Линк. Это плохо?

— Это ни хорошо, ни плохо. Все перепутано, вот и все. Это все равно, что сон, только я не сплю. Я вижу картинки.

— Какие картинки, Линк?

— Я не знаю, — сказал он, глядя в темноту, где бурлил и плескался ручей. — Потому что когда это происходит, то это наполовину не я. Мне становится холодно и жарко внутри. Иногда это похоже на музыку, звучащую в моей голове. Но когда мы последний раз напали на город, мне было очень плохо, милая Кэсси. — он поднял щепку и забросил ее подальше. — Я был как щепка, брошенная в воду. Все это со всех сторон навалилось на меня.

Кэсси нежно поцеловала его.

— Не думай об этом. У всех когда-нибудь путаются мысли. Теперь мы идем на юг, будет хорошая охота, и ты забудешь свои фантазии.

— Сейчас я не могу забыть их. С тобой мне лучше просто от того, что ты рядом. Я люблю запах твоих волос, милая. — Линк прижался лицом к прохладному темному облаку волос девушки.

— Ладно, тогда я их пока не буду стричь.

— Лучше не надо. У тебя должно быть достаточно волос для нас обоих.

— Ты думаешь, это меня волнует, Линк? Бун Карзон лыс, а между тем очень красив.

— Бун старый, ему около сорока. Поэтому-то он и лысый. У него была шевелюра, когда он был молод.

Кэсси вырвала немного мха и разложила его на голове Линка. Она улыбалась ему полу-насмешливо.

— Как тебе это? Во всем мире не найдешь никого с такими зелеными волосами.