– Джерард… – прошептала она, неуверенно касаясь языком его губ, отчего он застонал.

– Да? – Он крепче прижал ее к себе, воспользовавшись этим маленьким проявлением слабости. – Верь мне, Пел! Мне столько хочется рассказать тебе, стольким поделиться. Пожалуйста, предоставь мне, предоставь нам, этот шанс.

– Я боюсь, – призналась она, открывая-то, что он уже знал, но ждал, чтобы она сама об этом сказала.

– Какая же ты отважная и сильная, что решилась заговорить об этом! – восхитился он. – И как мне повезло, что именно со мной ты намерена поделиться своими страхами!

Изабелла потянула за свободный конец пояса его халата, развязала свой и прижалась к нему обнаженным телом. Между ними не осталось никаких преград. Прижавшись щекой к его груди, она слышана, как ровно и надежно бьется его сердце. Он обнял ее, проникнув руками под пеньюар, и погладил по обнаженной спине.

– Я не знаю, как это сделать, Грей.

– Я тоже не знаю, но, право же, объединив наш опыт общения с противоположным полом, мы что-нибудь придумаем. Я всегда умел заметить, когда любовница теряла ко мне интерес. Наверняка…

– Ты лжешь, ни одна женщина никогда не переставала интересоваться тобой.

– Ни одна здравомыслящая женщина, – поправил он. – Ты не замечала никаких настораживающих признаков в случае с Пелемом? Или он попросту проснулся однажды без мозгов?

Изабелла спрятала лицо у него на груди и рассмеялась.

– Конечно же, были признаки, да.

– Тогда мы заключим с тобой еще одну сделку. В тот же момент, как тебе покажется, что ты заметила такой признак, ты скажешь об этом мне, и я обещаю тебе, что сумею развеять все твои сомнения.

Она слегка отстранилась и взглянула ему в лицо. Он смотрел на ее крупные сочные губы, на сияющие глаза, обрамленные шоколадными ресницами, и восхищался ее чертами, которые нельзя было назвать утонченными или изящными. Изабелла отличалась буйной, чувственной красотой.

– Господи, как ты прекрасна! – прошептал он. – Иногда на тебя больно смотреть.

Ее кремовая кожа запылала румянцем, и эта предательская вспышка многое сказала ему. Пел была зрелой светской львицей, каких мало, а ему удавалось вогнать ее в краску, как школьницу.

– Ты думаешь, твой план увенчается успехом? – спросила она.

– Какой? Откровенно разговаривать друг с другом? Никогда не терзаться сомнениями? – Он нарочито вздохнул. – Слишком много усилий, может быть? Я полагаю, нам лучше всего оставаться в постели и предаваться утехам, как кролики.

– Джерард!

– О, Пел! – Приподняв ее, Джерард закружился по комнате. – Ты сводишь меня с ума. Разве ты этого не видишь? Я также беспокоюсь, смогу ли сохранить твою привязанность, как и ты насчет меня.

Изабелла обвила руками его шею и поцеловала в щеку.

– Я тоже без ума от тебя.

– Да, – сказал он, смеясь, – Я знаю.

– Самонадеянный повеса.

– Да, но я твой самонадеянный повеса, чем тебе и нравлюсь. Нет, не надо вырываться. Давай займемся любовью, а потом поговорим.

Изабелла покачала головой:

– Мы не можем еще раз пропустить обед.

– Ты оделась так соблазнительно и теперь, когда наши обнаженные тела тесно прижаты друг к другу, собираешься улизнуть? Что за изощренная пытка?

– Учитывая, как мало усилий требуется, чтобы склонить тебя к сексу, это не входило в мои намерения.