Девушка осталась сидеть, продолжая смотреть по сторонам. Надо было бы прихватить с собой несколько открыток, как жаль, что она забыла. Черепашьим шагом проехали тоннель. Катрин посмотрела на часы. В дороге они были уже целый час. На пути сюда, чтобы преодолеть этот участок дороги, понадобилось менее двадцати минут.

На подъезде к Лангену зазвонил телефон. Катрин почувствовала выброс новой порции адреналина в кровь.

«Не известный абонент» – высветилось на дисплее.

Она нажала кнопку соединения.

– Я обсудил сложившуюся ситуацию. Вознаграждение в размере пяти процентов от суммы принимается как окончательный вариант. При этом ты точно в срок доставляешь багаж в назначенное место и навсегда забываешь обо всем, что было. И на будущее тоже!

Катрин быстро посчитала. Двести пятьдесят тысяч евро.

– А неделя в «Резиденции»?

– Издеваешься?

Не в силах справиться с напряжением, Катрин глупо хихикнула.

– И когда я получу гонорар? – спросила она и посмотрела на шофера.

– Сразу, как привезешь груз.

Ее бросило в жар. Кто может знать, действительно ли Жан намерен держать слово.

– Гарантии безопасности?

– Если мы захотим свернуть тебе голову, то сделаем это, так или иначе. С вознаграждением или без, – отрезал он.

Затем его голос зазвучал с хорошо знакомой любезной интонацией.

– Но ведь для этого твоя умная головка слишком хороша, принцесса, – промурлыкал он и добавил: – Чтобы, к нашему общему сожалению, от нее так быстро ничего не осталось.

Катрин ответила не сразу.

– Постараюсь усвоить урок, – наконец тихо произнесла она.

– Тогда все в порядке, – ответил Жан. – Не следует забывать и о своем здоровье!

– Ты прав. Я только о нем и думаю.

– Ну, пока!

Катрин стало холодно, она дрожала в своем толстом пуловере. Положила на колени куртку, но дрожь не проходила. Они и в самом деле могли лишить ее головы, и в Швейцарии стало бы одним нераскрытым преступлением больше. И одним неопознанным трупом.

У Катрин стучали зубы, как будто ее поразил мерцательный паралич. Она почувствовала, что водитель внимательно наблюдает за ней в зеркало заднего вида.

– Вам плохо? – спросил он тоном, означавшим, что медицинской помощи не предусмотрено.

– Уже лучше, – ответила она. – Я, кажется, подхватила грипп!

Он поднял повыше решетки отопителя, чтобы тепло шло в салон, и сделал громче музыку. Какие-то африканские ритмы зазвучали теперь над самым ее ухом из расположенной сзади колонки, они заглушили все доносившиеся с улицы звуки.

Когда автобус выехал на шоссе, Катрин поняла, что граница со Швейцарией совсем близко. Она подумала о таможенном досмотре и переложила кейс на пол под свое сиденье. Там его не сразу заметят, но и сказать, что он спрятан специально, нельзя. Если придется объясняться, то она скажет, что поставила его туда, чтобы багаж не соскользнул.

Затем обратилась к шоферу:

– Можно я пересяду на какое-то время к вам вперед? Меня немного укачивает сзади.

Водитель поморщился. Грипп, тошнота – легко было заметить, что такому соседству он не особенно рад.

– Но у меня нет в машине гигиенических пакетов!

– Впереди мне сразу станет лучше!

– Документы у вас при себе?

Катрин кивнула, перебралась к нему и пристегнулась.

Похоже, она действительно была очень бледна, потому что шофер то и дело настороженно косился на нее.