В следующий раз я увидела Даниэля через четыре дня. Мы каждый день катались с Лайонелом верхом и старались не приближаться к болоту. Погода не сильно радовала, что для Дартмура было обычным делом.

Джонни каждый день выгуливал Урагана. Когда мы этим утром возвращались с прогулки домой, он как раз заводил его в стойло, чтобы почистить. Когда мальчик нас увидел, он крепко привязал коня и помог мне спуститься на землю.

– Джонни, как ты смотришь на то, если я прокачусь на Урагане? Ему надо много двигаться, и он меня знает.

– Мисс Пэгги, этот жеребец непредсказуем, – предупредил мальчик. – Он слушался только вашего мужа и еще мистера Синглтона.

– Хорошо, Джонни, – быстро согласилась я. – Я сегодня же позвоню мистеру Синглтону и попрошу его об этом.

Последние дни мне не хотелось себе признаваться, что мне не хватает Даниэля, что я жду не дождусь того момента, тогда снова его увижу. Теперь у меня появилась причина ему позвонить.

Лайонел молча наблюдал за нашей беседой. Я мельком посмотрела на него и даже испугалась: в его глазах горел недобрый огонек, а черты лица исказились. До этого момента я считала его исключительно добрым и понимающим человеком, с которым можно приятно общаться. Сейчас он как будто сбросил маску. Мне вспомнились слова Даниэля по поводу Лайонела, что Марк был не высокого мнения о своем партнере по бизнесу. Действительно ли мой муж разговаривал с Даниэлем о Лайонеле?

– Пэгги, – сказал вдруг мой гость, – очень жаль, что нашим совместным утренним прогулкам помешают.

Я с искренним удивлением посмотрела на него:

– Я не совсем понимаю, что вы имеете в виду, Лайонел.

– Вы ведь хотите сегодня позвонить Даниэлю, верно?

– Да, хочу, – ответила я. – А чем вам это мешает?

– Очень многим, Пэгги. Если он согласится, то нам придется кататься втроем.

– Боже мой! – воскликнула я и рассмеялась. – Это вряд ли. У Даниэля нет времени утром, он может освободиться только вечером. И то это под большим вопросом. Даниэль – очень востребованный адвокат. Скорее всего, если он и приедет к Урагану, то лишь на уикенд.

– Ну, тогда все в порядке, Пэгги.

Я лишь сейчас задумалась о том, что он сказал. То есть Лайонел планирует провести здесь длительное время. У него отпуск? Кстати, я давно хотела поинтересоваться, чем он занимается.

– Лайонел, я бы хотела вас кое о чем спросить.

– Конечно, Пэгги, спрашивайте.

Но не успела я открыть рот, как появилась Аманда.

– Ах, оставьте, Эдвард, – обратилась она к пожилому мужчине, который услужливо возник у нее за спиной. – В Лэндфорд-Хаузе я уже чувствую себя, как дома. Доброе утро всем!

Она наклонилась ко мне, бегло поцеловала в щеку, а затем поприветствовала Лайонела, поднявшегося ей навстречу.

– Я уже завтракала, но не откажусь от чашки кофе и, возможно, от жареной сосиски. Таких вкусных сосисок, как в Лэндфорд-Хаузе, нет больше нигде. Пэгги, я вам не мешаю?

– Нисколько, Аманда! Бери сосиски, есть свежие булочки. И кофе еще не остыл.

Женщина с полной тарелкой удобно расположилась за столом и стала в процессе завтрака рассказывать о своих знакомых в Эксетере.

– Вчера вечером я была на одной вечеринке. Пэгги, люди не перестают говорить о тебе. Конечно, все тебя по-прежнему считают убийцей Марка. А Лайонела считают твоим любовником.

Кровь ударила мне в голову:

– С какой стати? – произнесла я холодно.