…Когда она открыла глаза, было уже позднее утро. С минуту она лежала, разглядывая незнакомую обстановку и вспоминая, где находится. Шторы были слегка раздвинуты, сквозь открытое окно пробивались лучи яркого солнца. «Я же в Севилье, – внезапно осознала она. – В Севилье с Дэвидом!» Счастье окатило девушку теплой волной, и, желая убедиться в том, что это не сон, она, не поворачиваясь, протянула руку, чтобы коснуться любимого, но вдруг обо что-то больно укололась. И от неожиданности даже подпрыгнула на кровати. Дэвида не было! Вместо него на постели лежала чудесная алая роза, а рядом с ней белела записка. «Когда Спящая Красавица проснется, – прочитала она, – пусть выглянет в окно. В кафе напротив отеля ее ждут завтракать».

Люсия быстро соскочила с кровати, подошла к окну и распахнула шторы. Солнце ударило ей в глаза, на минуту ослепив. Проснуться в Севилье – да, он прав, это великолепно! И из всех женщин мира он выбрал именно ее, Люсию Эставес. Выбрал, чтобы разделить с ней свою мечту!

Все внутри нее ликовало. Она была всемогущей. Она будто заново родилась, но уже другим человеком – свободным, смелым.

Она бережно поставила благоухающую розу в кувшин, оставшийся на столе после ужина, быстро приняла душ и после недолгих раздумий надела сарафан из светло-красного шелка с завязками вокруг шеи и широкой юбкой до колен. Расчесала до блеска волосы и, застегнув легкие «римские» сандалии, поспешила вниз.

Дэвида она заметила сразу – как только вышла из гостиницы. Он сидел за столиком на террасе и что-то писал в своей записной книжке. Перед ним стояла пустая чашка из-под кофе.

Они не спеша позавтракали и отправились гулять по городу. Бродили по лабиринтам узеньких улиц, плескали друг на друга водой из фонтанов, пили легкое вино в маленьких кабачках, заходили в сувенирные лавки. Иногда в каком-нибудь укромном уголке, спрятавшись от глаз бесчисленных туристов, – целовались. День пролетел как одно мгновение.

Когда они вернулись в отель, было уже, наверное, часов пять. Люсия, войдя в номер, немедленно упала в кресло.

– Боже мой, – простонала она, – я ног не чувствую.

Дэвид достал из холодильника, замаскированного под старинный шкафчик, бутылку апельсинового сока и протянул ей наполненный стакан.

Потом он снял одну сандалию Люсии и взял ее узкую ступню в руки. Его сильные пальцы начали легко скользить по ступне, а затем двинулись вверх по ноге. Они дразнили, возбуждали, ласкали то настойчиво, то робко, и от их прикосновений некуда было спрятаться…

Следующим утром они спустились в ресторан отеля, и Люсия наконец решилась начать тот неизбежный разговор, который она уже столько раз мысленно репетировала. Два последних дня придали ей смелости. Дэвид был таким внимательным к любому ее настроению, а их ночи были полны такой всепоглощающей страсти, что она больше не сомневалась – он действительно любит ее, пришла пора расставить все точки над i.

Дэвид допивал кофе. Девушка немного волновалась, но волна нежности снова поднялась в ней: он еще никогда не казался ей таким притягательным и желанным, как сейчас.

– Дорогой, – приступила она, и он сразу поднял на нее ласковые зеленоватые глаза. – Я бы хотела знать, что будет дальше? – Вопрос, от которого зависела вся ее жизнь, был задан.

Выражение лица Дэвида сразу как-то неуловимо изменилось, но девушка не смогла понять, что означает это изменение.

– Ты имеешь в виду – что будет с нами? Мне грустно говорить об этом… К сожалению, праздник не может длиться вечно, на то он и праздник. Завтра нам придется уезжать отсюда: тебе в Мадрид, мне в Лондон.

– Но, Дэвид, это невозможно! – вскричала потрясенная Люсия.