— Да, — кивнул Атаман. — На зоне кентами были. Вот я и хочу ему, сучаре, в глаза заглянуть. Ссучился, паскуда. Шестеркой заделался.

— А сам-то? Ведь ты тоже на мафию работал. Сам так говорил.

Атаман, не зная, что ответить, вздохнул.

— Короче, вот что, — решил он. — Сейчас приедет Робинзон, и покатим к Костолому. Я ему скажу пару ласковых. А тебе отчаливать пора. Иди…

— Нет, — покачал головой Орехов. — Я с тобой до конца пойду. Пока в погребе сидел, понял, что хватит бояться. Они видал чего, суки, делают, им все можно. Хорошо все это не кончится. Или милиция заберет, либо эти гниды доставать начнут. Что получится, то и получится, — махнул он рукой. — Хуже все равно уже некуда.

Услышав шум подъехавшей машины, Атаман вскочил и, пригнувшись, подошел к окну. Осторожно выглянул.

— Вроде один, — увидев Робинзона, сказал он. — Подфартило нам со старым, а то бы давно похоронили или…

— Сработало мое устройство, — входя, довольно проговорил Робинзон. — Ты сумку этого, которого застрелил, значится, в машину бросил, а тамочки телефон был. Современный. Вот один и звонил по нему. Филину какому-то. Он прям бешеный от ярости. Наверное, какой-то родственник тамочки попался. — Он довольно хихикнул.

— А чего ты там сделал-то? — поинтересовался Орехов. — Копался минут десять, пока мы хряка резали. Какие-то ящики таскал.

— Гранаты укладывал. У меня штук пять. Я, когда на острове жил, попрятал. Сохранились. И противопехотная мина. — Он потер руки. — Думал, не получится.

— Где ты все взял-то? — пораженно спросил Атаман.

— Так тогда с цыганами и привез. На островке все запаял в коробки и закопал. Освободился — приехал, еле нашел. Мало ли что, думаю. Вдруг пригодится, значится. И пригодилось.

— Ну ты и мочишь капканы, — окончательно изумился Степан.

— Что о моих узнал? — нетерпеливо спросил Орехов.

— Дома они. Какую-то, значится, подписку взяли.

— О невыезде, — пояснил Степан. — Ну, вроде бы как с подозреваемых. Но это уже мура. Тем более когда докажут, что этот мент…

— Кто докажет?! — заорал Виктор.

— Успокойся, — буркнул Робинзон. — Говорят, участковый вроде как в себя приходит. А он, значится, что-то против этого милиционера и говорил.

— Ладно, — прекратил разговор Атаман. — Надо к Бугаю скататься. Я у него все узнаю, а потом и будем думать. Я этот рамс разберу.

— Значит, договорились, — улыбнулся Артур.

— О'кей, — кивнул лысый. — Я соберу парней. Стволы у нас есть, — предупредил он вопрос Артура. — Тут многим давно хочется с этими хрустальщиками разобраться. Они, суки, вообще приборзели, — добавил он.

Артур рассмеялся.

— Сразу видно, что ты и в России недобропорядочный гражданин. И это утешает. Сколько у тебя парней?

— Как в старые добрые времена, — усмехнулся он и, пригладив лысину, усмехнулся. — Троих я обещаю точно. И еще человека четыре. Они семьями обзавелись, но кто-то…

— Семейных не надо. Выплачивать пособия семьям погибших нечем, а возможно, и некому будет.