– И я буду учиться?

– Будешь. Не знаю, насколько хороший из меня учитель, но читать и писать ты обязательно научишься.

– Только драться ее не учи, малышка. Нам и тебя хватает, – хохотнул Роджер, не отрываясь от еды.

– Я рад за тебя. – Эван приобнял Элис за плечи. Его взгляд лучился искренним теплом и одобрением. – За вас обеих. А я, пожалуй, как истинный мужик по версии Роджера, пойду напьюсь и соблазню кого-нибудь.

Эван поцеловал Элис в висок и вышел из кухни под дружный хохот всех присутствующих.

* * *

Книжный оказался просто огромным. Видимо, мертвых персонажей-писателей было не меньше, чем живых и пишущих. Элис бродила среди книг, читала аннотации, разглядывала обложки и мысленно составляла список на ближайшие полвека. В корзинке уже лежали учебники по чтению, письму и математике, а заодно несколько пособий по психологии и педагогике. А еще она купила огромную книгу рецептов для Костры – Элис была уверена, что Костре она придется по вкусу. Внезапно ее внимание привлекла книга, одиноко лежащая на сортировочном столе. На обложке был изображен парень… с разными глазами: один карий, а второй – зеленый. Герой книги очень походил на Эвана, разве что цвет волос отличался: Эван был светловолосым, с короткой стрижкой, а у парня с обложки были темные волосы, почти закрывающие уши. Судя по описанию, герой книги пытался исправить ошибки в прошлом, но каждый раз делал только хуже. И в итоге он решил стереть все свое прошлое с помощью какого-то аппарата, разработанного ученым Колином Джонсоном.

Элис повертела «С чистого листа» в руках и тоже отправила в корзину – возможно, Эвану стоит это прочесть, тем более парень на обложке – практически знак свыше. Кто знает, может Эван и вовсе стал прототипом героя – в этой Вселенной учишься ничему не удивляться. Куда уж тут, когда с тобой живет существо с лицом-мозаикой, а у другого соседа обрезаны крылья.

– Да, редакторов здесь, видимо, днем с огнем не сыщешь… – Микалина, которая вызвалась составить компанию Элис и Лин, держала в руках несколько книг, критически разглядывая обложки. – Как можно было пропустить в печать материал с такими откровенными недочетами?!

– Кажется, кто-то соскучился по работе?

– Безумно! – Мика отложила книги. – Знаешь, там я не сильно задумывалась о работе: редактировала книги, иногда помогала литературным агентам… Но вот сейчас у меня просто руки чешутся отредактировать какую-нибудь рукопись или обсудить сюжетную линию с писателем. Серьезно! Это, видимо, действительно мое… Эй, ты чего смеешься?

– Извини, просто ты выглядишь настолько увлеченной, что я жду, когда ты задымишься или у тебя начнут светиться глаза!

– Дуреха! – Микалина беззлобно толкнула Элис и рассмеялась. – Все, хватит сидеть без дела. Будем считать, что мой период акклиматизации и реабилитации после смерти завершен. Вернемся домой – и я сяду искать работу.

– Сегодня какой-то день новых начинаний! – Элис протянула продавцу карточку, чтобы расплатиться с покупками. – А где Лин?

– Я здесь! – Она держала в руках огромную азбуку в виде таблицы. – Вон та женщина сказала, что мне это поможет.

– И это посчитайте тоже. – Элис мысленно отругала себя за такую опрометчивость: стоило самой позаботиться о наглядных пособиях. – Ты молодец, что взяла ее!

– Она еще и говорить умеет… – заговорщицким шепотом добавила девочка.

Элис всем своим видом показала удивление говорящей азбукой, которая в ее мире была практически у каждого второго малыша, – не расстраивать же Лин.