— Генерал.

Сэр Этвел напрягся и сцепил руки за спиной, отчего его бочкообразная грудь стала еще больше.

— Рад, что вы смогли к нам присоединиться, Монтгомери. — Тяжелые челюсти двигались, хотя губы оставались почти неподвижными.

— Чтобы иметь пищу для сплетен, Дентон? — вскинул брови Рейн.

Тот побагровел, а Кристиан закашлялся, чтобы подавить смешок.

— Их стало бы меньше, будь вы преданы монархии.

— Я предан себе, моим работникам и моей семье. Не обязательно в таком порядке. Разве мои действия чем-то оскорбили монархию?

Рейну показалось, что Кристиан вот-вот лопнет от смеха.

— У вас есть корабли с пушками и командой. Теперь, когда идет война, все годные к службе англичане предложили свои услуги стране.

— Вы кое о чем забыли, — сказал Рейн, взяв у слуги бокал и одним глотком наполовину осушив его. — Я не англичанин. Мне плевать на вашу войну, притесняйте всех, кого хотите. — Он взглянул на вино, словно оценивая его прозрачность. — Мои корабли перевозят чай, кофе, сахар, но не войска. И никогда не будут.

— Чего еще ожидать от Монтгомери! — раздался голос. Капитан слегка повернул голову и насмешливо посмотрел на подходившего к ним стройного офицера.

— Мы знакомы?

— Это мой адъютант майор Уинтерс, — представил молодого человека Дентон. — Мой самый верный офицер.

Рейн поклонился, майор не дал себе труда ответить.

— Он заботится только о своем кармане, — сказал Уинтерс.

— Вы слишком много себе позволяете, майор.

— Неужели? Когда же вы купите себе чин и поступите на службу, ваша светлость? — холодно произнес Уинтерс.

— Когда его признают наследником и следующим графом, — отрезал Кристиан.

— Я не являюсь ни наследником, ни единственным сыном. У Рэнсома Монтгомери несколько детей, — вежливо ответил Рейн, хотя ни от кого не укрылась резкость его тона.

— Значит, незаконнорожденный лорд пошел по стопам своего отца, Грэнвила, — презрительно фыркнул майор.

Пустой хрустальный бокал, который Рейн держал в руке, превратился в сверкающие осколки.

Гости охнули и испуганно попятились.

Не сводя с Уинтерса ледяного взгляда, капитан молча стряхнул на пол остатки стекла. Он готов стерпеть, когда оскорбляют его, только не Рэна и Аврору, хотя он не станет защищать их здесь. Если Уинтерс осмелился произнести такое, значит, у него есть защита, однако расплата не заставит себя ждать, и тогда уже ничто не сможет его защитить.

— Рэнс Монтгомери женат на славянской царице, так, Рейн? — нарушил повисшую тишину Кристиан.

— Да.

— Я слышал, она ведьма, — не унимался майор. — Занимается черной магией.

— Не всему можно верить, майор. — Рейн небрежно отряхнул руки. — Ходят слухи, что я приношу в жертву девственниц в канун полнолуния, ем сердца врагов и перережу горло любому, кто плохо отзывается о моей семье.