Изменить размер шрифта - +
Я чувствую большое облегчение при мысли, что, наконец, это дело будет в надежных руках.

Шейн ничего не понимал. Он готов был биться об заклад, что эта женщина совсем не способна на обман. И вместе с тем в ее голосе слышалась надежда, и она улыбалась ему, ожидая помощи.

Арнольд Трип вздохнул, поджал губы и сказал жене:

— Должен огорчить тебя, дорогая, мистер Шейн отказывается помочь нам.

— О, мистер Шейн! Я хотела бы, чтобы вы подумали! Мне стоило так много труда убедить Арнольда. Это единственное, что мы можем сделать. Может быть, он не все объяснил вам?

— Напротив, Леора, мистер Шейн отлично понял все, только у него, кажется, слишком сильно развито чувство морали, по-моему, даже чрезмерно.

Миссис Трип умоляюще взглянула на Шейна, как будто хотела сказать ему что-то без ведома мужа. Шейн с удивлением заметил, что за кроткой внешностью этой женщины скрывалось страшное напряжение. Он понимал все меньше и меньше.

— Весьма огорчен, миссис Трип. Что бы обо мне ни говорили, но такими делами я не занимаюсь.

Он поклонился и отвел взгляд от глаз женщины, полных страдания и даже ужаса.

Трип поспешил за ним по коридору и шепнул:

— Если перемените решение, Шейн, пришлите ко мне человека к пяти часам, чтобы я мог ему все объяснить. Мы живем в Майами-Бич, адрес вы знаете. Я буду дома и приму все необходимые меры предосторожности.

Шейн ничего не ответил и с нахмуренным лбом и озабоченным взглядом прошел через приемную, думая об умоляющем взгляде Леоры Трип и злясь, что его заставили жалеть об отказе от работы.

По-прежнему хмурясь, он вышел на улицу, озаренную сияющим солнцем Флориды, повернул направо и, проходя мимо бара «Кетс», почувствовал, что ему необходимо подкрепиться. В прохладном сумраке бара бармен тотчас же узнал Шейна и, бросив клиента, устремился к нему.

— Салют, Майкл. Как дела?

Шейн заказал коньяк.

— Посмотрите, там, в глубине зала, сидит один ваш дружок,— прошептал бармен, наклоняясь к стойке.— Он спрашивал о вас.

— Да? Кто такой?

— Джон Дарнелл.

Джон Дарнелл… Этот маленький воришка всегда вляпывался в какую-нибудь неприятность, потому что в башке у него всего три извилины. А ведь готов был пойти на любое дело, хотя бы и знал, что будет бит и даже лишится шкуры, если поблизости не окажется корешков, которые вытащат из беды. Видимо, этот парень так ничему и не научился. А ведь Майкл когда-то выручил его…

— Ему трудно, Майкл! Вы ведь знаете, как это бывает, когда малый затягивает ремень потуже и хочет идти прямым путем.

Майкл закурил сигарету.

— Конечно, знаю. А что, Джон идет прямым путем?

— Клянусь. Думаю, что он нашел работу после того трюка, что вы проделали с ним два месяца назад. Он почитает вас как Господа Бога. Ведь это вы сказали ему, чтобы он не делал больше ничего нечестного.

— Добрые намерения Джона меня очень радуют. А что, полицейские очень его беспокоят?

— Вы знаете, как это бывает. Когда кто-нибудь у них на примете, они его в покое не оставят. А Джон не бросил свою беременную подружку, и это заставляет их задуматься. Она простая девка, но он сходит по ней с ума и хочет жениться.

— Ладно. Наполни-ка стакан. Я поговорю с ним.

Бармен налил ему коньяку, и Майкл направился к столику в глубине зала, где сидел Джон Дарнелл с маленькой блондинкой.

Увидев Шейна, парень вскочил с места.

— Черт побери! До чего же я рад вас видеть! Скажите, Майкл, нет ли у вас работы для меня?

Майкл поставил свой стакан между двумя кружками с пивом и посмотрел на девицу. Глаза у нее были красные.

— Это Марг,— сказал Джон с гордостью обладателя.

Быстрый переход