— Что это вы делаете? — подозрительно спросил он.

— Просто смотрю. Извините.

— Вот ваш кофе.

— Спасибо. — Я не предупредила, что не люблю кофе с молоком.

Фред сел на диван, который попал в эту комнату явно со свалки, и указал мне на стул. Свою кружку он держал обеими руками. И молчал.

— Жаль, что ее уже нет, — не зная, с чего начать, пробормотала я.

— Да. — Он пожал плечами и отвернулся.

А чего я ждала? Почему-то мне казалось, что мы связаны незримыми узами: он знал Зою и по этой причине был мне ближе любой подруги.

— Какая она была?

— Какая? — Он нахмурился. — Веселая, симпатичная, ну и все такое. Чего вы от меня хотите?

— Понимаю, это звучит глупо, но я просто хочу узнать о ней: про ее любимые цвета, одежду, сны, как она реагировала на те письма, словом, все... — Мне не хватило дыхания.

Он поморщился — чуть ли не с отвращением.

— Ничем не могу помочь.

— Вы любили ее? — выпалила я.

Он вытаращил глаза так, словно услышал непристойность.

— Мы встречались.

Встречались. У меня упало сердце. Он даже не знал ее и не хотел знать. «Встречались» — вот и вся эпитафия.

— И вы не спрашивали, каково ей? Когда ей начали угрожать? А что было потом, когда ее убили?

Фред дотянулся до пачки сигарет и спичек, лежащих на низком столике у дивана.

— Нет. — Он закурил.

— Я видела только старые фотографии Зои. У вас нет последних?

— Нет.

— Ни одной?

— Не люблю фотографии.

— А ее вещи? Неужели вы ничего не сохранили?

— Зачем? — Его лицо стало непроницаемым.

— Простите, наверное, я выгляжу по-дурацки. Просто эти две женщины мне близки.

— Две женщины? Вы о чем?

— Кроме Зои была убита Дженнифер Хинтлшем.

— Что?! — Он вскочил. Поставил кружку на стол, расплескав кофе. — Какого черта?

— Так я и думала. Полицейские скрыли от всех. Я сама узнала случайно. Эта женщина получала такие же письма. Ее убили через несколько недель после Зои.

— Но... но... — Фред не знал, что сказать. Потом уставился на меня в упор. — Эта вторая...

— Дженнифер.

— Ее убил тот же человек?

— Да.

Фред присвистнул.

— Вот дерьмо... — пробормотал он.

— Да, — согласилась я.

Тревожно зазвонил телефон, мы оба вздрогнули. Фред схватил трубку и повернулся ко мне спиной.

— Да. Ага, уже. — Пауза, и затем: — Подгребай, а потом заедем за Грэмом и Дунканом. — Он положил трубку и посмотрел на меня: — Сейчас ко мне придут. Всего хорошего, Надя. Ничем помочь не могу.

Как это? Такого не может быть. Я беспомощно смотрела на него.

— Всего хорошего, Надя, — повторил он, почти подталкивая меня к двери. — Будьте осторожны.

Внезапно мне преградили путь. Мужчина стоял передо мной и смотрел сверху вниз. Темные волосы, бледное лицо, блестящие зубы. Это еще кто?

— Привет! Замечтались?

Я уставилась на него.