— Может быть, он и сам не знал.

Деклан сурово посмотрел на нее.

— Он все знал.

— Ты злишься из-за того, что он не рассыпался в благодарностях за то, что ты хотел его спасти, — сказала она.

Деклан выругался.

— Меня это совершенно не волнует.

— Тебя это беспокоит. Меня бы это тоже беспокоило.

В конце дороги показался человек. Худощавый, слегка помятый, он был одет в черные брюки, красную рубашку поло и темный кожаный жилет поверх нее. Рубашка и брюки на его худом теле сидели как на вешалке. Он лысел, и остатки его коротких волос и аккуратно подстриженной короткой бороды были щедро посолены сединой. Его лицо излучало спокойную доброту, и он улыбался им, когда шел по дороге, ведя лошадь к дому, но его прикрытые глаза были абсолютно черными.

Деклан сосредоточился на мужчине с хищной настороженностью.

— А это еще кто?

Роза вздохнула. Вот и выпал ей шанс поговорить.

— Это Джереми Лавдал.

— Зачем он сюда идет?

— Предположительно, он идет сюда, чтобы отвести бабушку и мальчиков в Вудхаус. Это хорошо охраняемое убежище глубоко в лесу.

— Ты, кажется, настроена скептически, — сказал он.

— У него есть план действий, — сказала Роза. — Грань очень похожа на место, где «каждый сам за себя». Но время от времени мы сталкиваемся с угрозой, которая слишком велика для одной семьи, чтобы справиться с ней самостоятельно. В такие моменты вперед выходят люди вроде моей бабушки и Джереми. Они же наши старшие. Их шестеро, и когда они о чем-то договариваются, Восточный Лапорт обычно прислушивается их.

— Они не заставляют вас подчиняться, но дают советы? — спросил Деклан.

Она кивнула.

— Что-то вроде этого. После того, как мы поссорились, я обзвонила их от лица бабушки, и они назначили встречу. Они поняли, что мы слишком слабы, чтобы сражаться с Кассхорном напрямую, поэтому они пытаются перехитрить его. Первый шаг — лишить его пищи, поэтому, чтобы уморить голодом его и гончих, они «посоветовали» людям к черту убираться из города. Вчера вечером все, у кого есть хоть капля здравого смысла, собрали вещи, а сегодня утром они спокойно уехали в Сломанный, как будто на работу, но никто из них не возвратился. Некоторые несогласные, как обычно, остались, но что с этим поделаешь? — Она пожала плечами. — Эджеры — изгои. Для некоторых из нас наш дом и земля — это все, что у нас есть. Клянусь, даже ели пожары пронесутся по Восточному Лапорту, некоторые из самых тупоголовых будут прятаться в своих владениях. Они скорее умрут, чем уйдут.

Джереми привязал свою лошадь к дереву.

— Так что же ему здесь на самом деле нужно? — спросил Деклан.

— Джереми надеется убедить тебя и меня пойти с ним в Вудхаус, где находятся остальные старейшины. Они хотят узнать больше о Кассхорне, надеясь, что ты им в этом поможешь. Я должна пойти, чтобы защитить их от тебя и Кассхорна. Ты заставляешь их нервничать.

Его зеленые глаза изучающе смотрели на нее.

— Ты хочешь, чтобы я пошел?

Роза поджала губы.

— Все зависит от тебя. Я не хочу просить тебя делать то, чего ты не хочешь, Но да, я бы хотела, чтобы ты посетил Вудхаус. Старейшины стары и полны магии. Они не могут атаковать Кассхорна или гончих напрямую, потому что гончие поглощают и менее интенсивную магию, чем вспышка, но я бы не стала сбрасывать их со счетов.