Я всё ещё пыталась спорить, когда он остановился возле реанимации. Выскочив из «Мерседеса», он вновь подхватил меня на руки и занёс в отделение.

— Здесь запрещено оставлять машину! — запротестовала я.

— Да к чёрту, — рявкнул он, направляясь широким шагом по коридору.

— Не устраивай сцену, — процедила я, чувствуя, что щёки загорелись, потому что люди оглядывались в нашу сторону.

Как ни странно, в приёмном покое никто не спорил, когда Кейд запугал медперсонал, чтобы меня госпитализировали. Я была облачена в белую сорочку и на каталке доставлена в кабинет для осмотра.

— Не могу поверить, — пробормотала я себе под нос. — Со мной всё хорошо. Судороги прекратились. Скорее всего ложная тревога.

— Возможно так и есть, — возразил Кейд. — Но разве не будет спокойнее, если мы узнаем наверняка.

Он был прав, поэтому я больше ни слова не сказала.

Вскоре доктор с медсестрой вошли в кабинет, и я ответила на множество вопросов. Нет, со мной не случалось такого раньше. Нет, кровотечения не было. Нет, сейчас судороги не беспокоили.

— Давайте посмотрим, — доброжелательно сказал доктор, надевая перчатки. Он взглянул на Кейда. — Отец малыша останется или подождёт снаружи?

Выражение лица Кейда невозможно было понять.

— Я останусь, — наконец сказал он, взяв мою руку.

Через несколько минут доктор сообщил:

— Всё хорошо. — Он опустил простынь и снял перчатки. — Но, на всякий случай, сделаем УЗИ.

Когда врач вышел из кабинета, Кейд продолжал держать меня за руку. Вскоре медбрат прикатил аппарат УЗИ. Доктор нанёс на мой оголённый живот гель и приложил прибор. Сразу послышались глухие звуки.

— Что это? — спросил Кейд.

— Сердцебиение малыша, разумеется, — ответил врач, глядя на экран. Он указал на подрагивающее белое пятно. — Вот он. Или она.

Слёзы навернулись на моих глазах, и хотя рука Кейда тисками сжимала мою ладонь, я не возражала.

— Похоже, малыш просто вас испугал, — сказал доктор, вытирая салфеткой живот. — Привыкайте. Так он добивается вашего внимания.

Врач улыбнулся и незаметно протянул мне платок, которым я промокнула глаза.

— Спасибо, — умудрилась выдавить я сквозь ком в горле.

— Будьте внимательнее к своему здоровью, — посоветовал врач, уходя и оставляя меня с Кейдом наедине.

Я осторожно взглянула в его сторону. Кейд пристально смотрел на меня, а потом опустил взгляд к губам. Склонившись, он нежно меня поцеловал, обхватив лицо ладонями, а потом прижался к моему лбу своим.

— Мы сделали это, — едва слышно прошептал Кейд.

Я улыбнулась сквозь слёзы.

— Да.

— У нас будет ребёнок.

— Будет.

Кейд поцеловал меня в лоб, а потом помог одеться. По дороге в гостиницу он позвонил Блейну, чтобы успокоить. Вскоре мы вернулись в номер, и я легла в постель. Укрывшись одеялом, я отвернулась, но вскоре матрас прогнулся под тяжестью Кейда.

Он убрал прядь волос с моего лица.

— Бренна не знала о ребёнке, потому что я следовал твоему совету, — произнёс он. — Я ещё не успел сказать ей, что люблю другую. Люблю тебя.

Почти опасаясь надеяться, я оглянулась.

— Это правда?

Он кивнул, осторожно поглаживая мою скулу.

— Я ушёл не потому, что перестал тебя любить. Ты владеешь моим сердцем и телом с того дня, как я встретил тебя в суде.