– Никогда о таком не слышал, – ответил великан и с улыбкой обратился к латиноамериканцу:

– Карлос, список пассажиров у тебя?

– Он был здесь, – резко проговорила миссис Осборн, – зачем лгать? Ведь ялик с его одеждой и часами подобрали...

– А, так ты толкуешь о Холлистере.

– Его звали не Холлистер. Великан нетерпеливо отмахнулся:

– Кому интересно, как его звали? Он мертв, поэтому-то нам и нужен Герман.

Ингрем подумал, что его подвел собственный узкопрофессиональный взгляд на вещи. Яхту не сняли с мели потому, что некому было это сделать, а он не догадался о такой простой причине. Взглянув на штабеля ящиков, он наконец понял, почему украли “Дракона”. Раньше надо было додуматься.

– Куда вы направлялись? На Кубу? – , спросил он.

Великан покачал головой:

– В Центральную Америку.

– Вы не доплывете, даже если сниметесь с мели.

– Доплывем, не беспокойтесь.

– Что все это значит? – вмешалась Рей. – Чем набиты эти ящики?

– Оружием, – лаконично ответил Ингрем.

– Кончайте базар, – приказал великан. – Мы не собираемся тут с вами целый день болтовней заниматься. Нам еще и о самолете надо позаботиться. Глянь-ка, Карлос, где он сейчас.

Латиноамериканец обернулся и посмотрел в маленький иллюминатор:

– Все там же, приблизительно в миле отсюда.

– Носом к яхте?

– Похоже.

– Хорошо, это укладывается в схему, как говорит Лимис...

– Слушайте, – перебил его Ингрем, – не знаю, как вас по имени... Гигант рассмеялся:

– Мы что, позабыли представиться? Надо бы подождать, пока о нас не узнают в яхт-клубе. Я – Эл Моррисон, а он – Карлос Руис.

– Прекрасно, – сказал Ингрем, – но каковы ваши намерения относительно нас? Моррисон покачал головой:

– Именно это вы узнаете, если заткнетесь и послушаете, что я скажу. Ты вместе с цыпочкой выйдешь наверх, чтобы пилот тебя видел, но услышать никак не мог, даже если ты завопишь изо всех сил. Все там осмотришь, как полагается опытному специалисту, и вы вернетесь назад, вниз. Здесь ты по радиотелефону прикажешь ему возвращаться. Дескать, вы решили, что посудину можно вытащить из песка, поэтому вы остаетесь на борту, и ты сам приведешь ее в Ки-Уэст.

– А что потом? – спросил Ингрем.

– Как только он исчезнет из виду, начинаем работать. Тебя избираем вице-президентом по вопросам транспортировки.

Неужели он это всерьез, подумал капитан, совсем спятил малый.

– Слушайте, Моррисон, подумайте хоть немного. Автоматом махать – это одно, а... Моррисон бесцеремонно перебил его:

– Не выступай, нужен будет совет – обращусь к адвокату.

– Но мы не можем позвонить на самолет с этого телефона, у них разные частоты.

– Не морочь мне голову, Герман. Хоть я и не смыслю ни черта в судах, но уж о радио и самолетах кое-что знаю. Большинство амфибий здесь, на островах, работают на межсудовых частотах. Карлос, последи за ними, пока я кое-что устрою.

– О'кей, – ответил Руис. Он достал из-за ремня брюк пистолет. Моррисон прошел мимо них в носовую часть.

Даже в неуклюжих незашнурованных ботинках он двигался совершенно бесшумно.

– Ну, что скажешь, Руис? – подступил к нему Ингрем. – Хочешь провести остаток жизни в тюрьме из-за каких-то вшивых винтовок?

Тот пожал плечами:

– Моя не понимай англицки.