С облегчением поняв, я сунула бирку себе в сумку.

— Да, спасибо, — сказала я, потом тронула его за плечо, давая понять, что все в порядке. — Серьезно, большое спасибо.

— Может, пойдем теперь? — буркнул Гленн, и Айсмен, улыбнувшись мне смущенно, вернулся к своему столу быстрым шагом, даже полы халата развевались. Фэвэбэшник вздохнул и распахнул передо мной створку дверей.

А я на самом деле была рада получить эту бирку. Ее сделали, искренне намереваясь использовать, и потому она несла мощную связь со мной: на нее могли опереться, нацеливая лей-линейное заклинание. Так что лучше пусть будет у меня, чем у кого другого. Будет время — избавлюсь от нее без риска.

За дверью была еще одна дверь, что-то вроде шлюзовой камеры. Запах мертвечины стал сильнее, и Дженкс приземлился мне на плечо, прямо под ухом, где я утром мазнула духами.

— Много времени здесь проводите? — спросила я Гленна, когда мы вошли собственно в морг.

— Прилично.

Он не смотрел на меня, интересуясь более номерами и карточками-указателями на дверцах выдвижных ящиков в человеческий рост. У меня мороз побежал по коже: я в городском морге еще не бы вала, и потому опасливо поглядывала на уютные кресла, поставленные у кофейного столика в дальнем конце — похоже было на приемную врача.

Помещение было длинное, четыре ряда ящиков по обе стороны широкого пролета. Здесь было только хранилище и место самовосстановления — ни каких вскрытий, взятий образцов или искусственного восстановления тканей. По одну сторону люди, по другую — внутриземельцы, хотя Айви мне говорила, что у всех есть внутри звонки — на случай попадания не туда.

Я шла за Гленном по пролету ближе к внутриземельской стороне. Он дважды проверил карточку, и только потом отпер дверцу и вытащил ящик.

— Доставлена в понедельник, — сообщил он под скрежет металла о металл. — Айсмену не понравилась суета вокруг нее, и он позвонил мне.

Понедельник. Это вчера, что ли?

— Полнолуние только на следующей неделе, — сказала я, стараясь не смотреть на закрытое простыней тело. — Не слишком ли рано для вервольфовского суицида?

На меня посмотрели его темно-карие глаза, и в них светилось грустное понимание.

— Вот и я то же подумал.

Не ожидая ничего дурного, я глянула, как Гленн убирает простыню.

— Твою мать! — воскликнул Дженкс. — Секретарша мистера Рея?

У меня лицо сделалось кислое. С каких это пор секретарская профессия перешла в разряд опасных? Ванесса наверняка самоубийства не совершала Она была не альфой, но очень близко к тому.

Удивление Гленна сменилось пониманием.

— Ага, — загудел его низкий голос. — Это ведь вы украли ту рыбку из офиса мистера Рея.

Во мне искрой вспыхнуло раздражение.

— Я думала, что ее возвращаю. И это была не его рыбка, Дэвид говорит, что мистер Рей сам ее украл.

Нахмурив брови, Гленн явно давал понять, что это без разницы.

— Она поступила в виде волчицы, — заговорил он профессиональным голосом, а его глаза смотрели только на избитые и разорванные участки голого тела. Сверху на груди у нее плыл черно-оранжевый вытатуированный карп кои — символ постоянного членства в стае Рея. — Стандартная процедура — обратное превращение после первого осмотра. Причину смерти легче найти на человеке, чем на волке.

Меня стал доставать запах мертвечины в сосновом лесу. И то, что я приехала натощак, тоже делу не способствовало, кофе никак не хотел успокоиться внутри. И я знала, что это стандартная процедура — очень недолго встречалась с одним парнем, который составлял чары для форсирования обратного превращения в человека.