— Замерзла? — сжал я ее холодные пальцы.

— Да нет, с чего ты решил?

— Пальцы-то, смотри, какие холодные.

— Обычные вроде — сказала она — Я хладнокровное животное, у меня всегда такие пальцы.

— Понятно — сказал я.

Мы замолчали и просто пошли, выпуская дым из легких. Еще две минуты и станет видно вход в школьный закуток.

— Зря вы его так — сказала она.

— Чего? — не понял я.

— Диджея зря отпинали — повторила она — Он же вам ничего не сделал.

— Может и зря — сказал я — А, может, и нет. Мы же его несильно. Так, для профилактики. Чтобы сильно много на себя не брал.

— Ну, не знаю — повертела она носом — А ты представь, вот мы бы так с тобой стояли где-нибудь в чужом районе, и такое случилось. Ты бы как себя чувствовал?

— Не знаю, хуево наверное. Ну, да я бы так и не выебывался, как этот диджей. Он же остальных ни во что не ставит.

— А надо? — удивленно спросила она.

— Не знаю. Надо, наверное. А как жить тогда?

Она вздохнула, и мы перешагнули железную балку на входе во дворик. Внутри было почти пусто. Несколько малых играли в квадраты, какие-то первоклашки рисовали на мокром асфальте классики. Взрослых не было. Отлично.

— Пойдем вон туда сядем — предложил я.

— Пойдем.

Мы поднялись по невысокой бетонной лесенке и сели на небольшой балкончик, отгораживающий нас от детских взглядов. Я обнял Лену, и мы немного посидели молча, просто рассматривая друг друга.

— Ты мне нравишься — сказал я — Ты очень красивая.

— Ты мне тоже нравишься — сказала она — Мне кажется, ты хороший.

Я усмехнулся и легонько поцеловал ее. Она обхватила ладонями мою голову, и мы крепко сцепились ртами, яростно облизывая друг друга. Лена все время прикусывала мою нижнюю губу, а я старался засунуть свой язык поглубже в глотку. Лена горячо дышала, и мне становилось все лучше. Губы мои измазались в ее помаде, но это было неважно.

— Не такой уж я и хороший — наконец оторвался я — Это ты просто хорошая, вот и думаешь, что я хороший, а я на самом деле я плохой.

— Да ладно — улыбнулась она — Я тоже не очень хорошая.

— Быть хорошим — скучно — сказал я — Хорошими делами прославиться нельзя, еще старуха Шапокляк говорила.

Мы засмеялись и вновь начали целоваться. Было слышно стук мяча о асфальт и визг первоклашек. Вдали за горизонт заходило лиловое солнце. Я отколупнул кусочек облезшей со стены краски ногтем и откинул в сторону.

Мы целовались еще минут пять, я попробовал запустить руки в штаны, но Лена четко контролировала свою территорию. Ладно, в следующий раз, решил я. Краем глаза заметил, что во дворик зашла какая-то компания. Значит, пора уходить.

— Пойдем? — спросил я.

— Пойдем — согласилась она.

С трудом оторвавшись друг от друга, мы спустились с балкончика и покинули внутренний дворик. Я веселился, размахивал руками и рассказывал разные случаи про своих тупых одноклассников. Лена искренне смеялась, и нам было очень хорошо вдвоем. На подходе к теплице я прижал её еще раз около стены школы, слегка запачкав известкой рукав куртки.

У теплицы все было в самом разгаре, самогон лился рекой, парни неистовствовали, радовались весне и день рождению Филина. Гвоздь уверенно прищучивал Марину, Иван с Мухой курили и о чем-то ожесточенно спорили. Котя, как обычно, пытался до всех доебаться. Славян до сих пор радовался победе над диджеем. Чура с Зайцем вошли в крайнюю кондицию и рвались куда-то идти искать приключений.