— А нечего было под ногами путаться! — я подхватил недовольно мявкнувшего Василь Василича подмышку и плюхнулся на диван, устроив котофея у себя на коленях, — Ну как ты? Освоился? Остаёшься?

— Мяф, — важно кивнул кот и перевернулся вверх брюхом, чеши мол. — Мр-р-р!

— Кажется, кто-то не успел приехать, а уже обнаглел, — я вздохнул, но подчинился, тем более что гладить кота было очень приятно и успокаивало, а под мягкой шерстью прощупывались сильные мышцы намекающие, что с воронами это была не удача, а опыт и подготовка матёрого охотника. — Надо будет тебя с Найдой познакомить.

— Фыр-фыр, — Василь Василич открыл один глаз, облив меня презрением, выражая этим всё своё отношение к знакомству с какой-то там шавкой, но несмотря на всю силу котофея, в его противостоянии с лайкой я бы не дал ему и шанса. И я был уверен, что умная собака сумеет научить боевого кота чему-то новому. Если, конечно, они с самого начала не порвут друг друга, всё же присказку про кошку и собаку не зря придумали. Надежда у меня была лишь на то, что животные энергеты гораздо умнее обычных и способны противостоять врождённым инстинктам.

— Не фыркай мне тут! — я строго глянул на кота. — Найда, между прочим, уже Кандидат! И у неё под боком Источник. Так что не выпендривайся. Я знаю, что ты крут, но учиться у сильных… эм… существ, не зазорно. Даже если они собаки.

— Фы-ы-ы, — его котейшество насмешливо фыркнул и перевернулся, мол теперь тут чеши, зря я что ли заводил себе человека. Пришлось подчиниться.

Занятие это оказалось на редкость медитативным, так что, когда через какое-то время Соня заглянула в комнату, я всё ещё продолжал чесать и гладить наглого рыжего захватчика, развалившегося на моих коленях и не собирающегося их покидать. Да я и сам был не против, хотя если честно всегда кошек недолюбливал. Собаки — да, в той жизни у меня они были, причём постоянно, с тех пор как я стал достаточно состоятельным чтобы купить дом. Но сейчас я вдруг понял, насколько много потерял. Оказалось, гладить кота, это отдельный вид удовольствия, чем Василь Василич беззастенчиво пользовался.

— Руки мой после животного и за стол! — Выдернула нас из нирваны строгая Сикорская. — Давай быстрее, пока всё горячее.

— Не обижайся, она не на тебя злится, — я потрепал кота по ушам, и ссадив его на диван поднялся. — Иду, моя госпожа!

— Н-не говори так! — я был уверен, что девушка не поняла и половины смысла, что я вложил в эту фразу поскольку о садо-мазо в Союзе мало кто знал, но Софья каким-то женским чутьём уловила посыл и покраснела. — Господ ещё в семнадцатом расстреляли.

— Если бы, зайка, если бы, — но развивать тему я не стал, послушно отправившись приводить себя в порядок и уже чистый вернулся на кухню. — Ну, чем порадуете⁈ Ничего себе!!!

И мне было от чего удивиться. За весьма короткий срок девочки не просто пожарили картошку с мясом и грибами, но и соорудили два салата, заварили вкусный чай, судя по запаху с какими-то душистыми травками и даже приготовили выпечку. Не пироги, конечно, что-то типа хвороста, но скорость всё равно удивляла. В том мире редкая школьница была способна на что-то подобное, а в Союзе это было в порядке вещей.