|
— Так их на западе называют, чтобы не путать со станками для отливки форм из пластика. Там же он тоже под давлением подаётся. Вот и разделили. То, что даёт прокат, пруток там или, например, сложный профиль для окон, называют экструдером.
— Не знал, — кивнул мужчина. — Да, это он и есть.
— А бутылки рубите отдельно или здесь измельчитель стоит? — Я с интересом заглянул в бункер. — Ага, вижу, что отдельно. Так-то правильно, меньше возможностей занести грязь. С окраской прутка как справляетесь?
— Есть у меня выход на химиков, что пигменты делают, — подал голос Петрович. — Да не боись, всё качественное, никакой заразы. Вот их и добавляем, потом вал погоняем туда-сюда, чтобы масса равномерно окрасилась, но всё равно брак бывает.
— При таком подходе от этого никуда не деться, — я пожал плечами. — Вот перейдём на гранулы, будет проще. Но всё равно нужно суперконцентраты искать. И желательно с максимально широкой палитрой. Ладно, это дело не первой необходимости.
— Дурью вы маетесь, — отмахнулся Петрович. — Какая разница каким цветом печатать? Синий, зелёный, да пусть спасибо скажут, что хоть такой есть! А хотят другой, так пусть возьмут кисточку и покрасят!
— Ну уж нет! — я не собирался потакать советскому сервису, а то привыкли, что купят чего, не выкинь на прилавок. Нет, надо людей от этого отучать. — Мы будем делать всё как положено. Тем более что цветной пластик будет лучше продаваться, особенно в свете новой идеи. Вот посмотрите.
— Это… — мужики уставились на чертёж, с удивлением чеша затылки. — То есть просто нагреватель, сопло, корпус и… всё? А пластик…
— Будет вытягиваться самостоятельно при движении руки. — кивнул я. — и заметьте, как располагается нагреватель. Это потому, что сопло будет съёмным и его можно будет заменить на жала разной формы, которыми можно будет править готовое изделие. В итоге затрат минимум, а пользы огромное количество. Начиная с того, что это будет дешёвый продукт, значит его могут покупать для дома или сразу большое количество для домов пионеров. Заканчивая что, каждая такая трёхмерная ручка будет потреблять пластик. А его есть у нас! И здесь не обойдёшься одни цветом. Нужна максимально широкая палитра.
— Да ну, баловство какое-то, — отмахнулся Петрович, — кому они надо будут, ручки эти. Они ж одну линию дают и чего это, сидеть и по одной клеить?
— А как, по-твоему, макеты собирают? — внезапно за меня вступился Вадим Павлович. — Не, не, штука отличная! И действительно дешёвая. Я завтра попробую такую собрать. Латунная заготовка под сопло у меня есть, выточу, корпус напечатаем, жало от паяльника взять можно, и сразу опробуем!
— Корпус лучше отливкой делать, — как бы скептически не относился старик к новшествам, его профессионализма это не отменяло. — Покумекать надо, чего и как да матрицу заказать. Установка литья под давлением у нас есть, старенькая правда, но фурычит. Нагреватель…
— Вы думайте, а я пойду. — рассмеялся я. — Александр Сергеевич, оформите, пожалуйста, патент на трёхмерную ручку, вы же знаете, как это делается. Но меня не пишите, сделайте на вас троих.
— Как так⁈ — вскинулись новоиспечённые кооператоры. — Так нельзя! Это же твоя идея!
— Глупости, — отмахнулся я. — она в воздухе витала. День, другой, вы бы и сами додумались или кто-то другой. Поэтому предлагаю вписать вас и сделать патент открытым. Чем больше начнут выпускать подобных устройств, тем нам же лучше.
— А тебе точно шестнадцать? — пожал мне руку Петрович. |