В кабинет без стука вошла Ольга. Подобной вольности она прежде себе не позволяла. Варяг поднял голову. При одном взгляде на Ольгу было понятно: произошло что-то серьезное.

— Владислав Геннадьевич, — пробормотала девушка, часто хлопая ресницами, — тут позвонили из Дели и сообщили, что Раджив Беру… скончался.

— Как это — «скончался»?! — невольно выдохнул Владислав.

Более энергичного человека, чем Раджив, Варягу встречать не приходилось. Индиец выглядел олицетворением жизнелюбия и казался таким же вечным, как древний буддизм.

— Очень неожиданно… Утром он пошел прогуляться по своему саду, и там ему сделалось плохо. Он присел под деревом, попросил принести воды, но когда слуга вернулся с газировкой, он уже скончался.

Ресницы девушки напоминали трепещущие крылья бабочки. Она беспрестанно хлопала глазами в ожидании дальнейших указаний.

— Понимаю, — наконец выдавил из себя Варяг.

Против него явно играла какая-то сильная и очень

слаженная команда. Неизвестный противник был прекрасно осведомлен о его слабых местах и бил прямо по ним, не совершив при этом ни одного неверного шага. За последнее время были сорваны поставки гранатометов в Сербию, засвечены прибалтийские каналы сбыта, а вот теперь самый ощутимый удар — смерть Раджива Беру. На нем замыкалась почти миллиардная сделка — предполагалось, что он купит противолодочный корабль и несколько боевых самолетов. Как шутил сам Раджив, для охраны своего имения. Теперь его зоопарк, оставшись без хозяина, быстро прекратит свое существование. Жаль.

Неизвестные пытались не только оттеснить его от рынков сбыта оружия, они добивались того, чтобы Варяг разбился в лепешку, брякнувшись с колоссальной верхотуры Госснабвооружения.

— Что мне им ответить, когда они позвонят снова? — Ресницы Ольги затрепетали и застыли. Создавалось впечатление, будто бабочка присела на цветок.

— Ничего… Пусть примут мои соболезнования, — устало отозвался Варяг, — в случае необходимости я перезвоню им сам. Можешь идти.

Девушка кокетливо улыбнулась. Только сейчас Варяг обратил внимание на то, что Ольга была в узких брюках, сексуально облегающих ее аппетитную упругую попку. Бедная, она все еще надеялась совратить шефа прямо на рабочем месте.

Ольга вышла, осторожно прикрыв за собой дверь. Звукоизолирующие стены и двери не пропускали снаружи даже шороха, и создавалась полнейшая иллюзия того, что Варяг находится в одиночной камере.

Надавив на кнопку селектора, Варяг коротко распорядился:

— Меня ни с кем не соединять. ^vОн погрузился в раздумье. Неизвестные, которые били по нему, безусловно были прекрасно осведомлены обо всех делах Госснабвооружения. Следовательно, направлял их не человек со стороны, а лицо, занимающее одно из ключевых мест в системе, то есть посвященное во многие тонкости переброски оружия. Таких людей было всего трое. Первый — Андрей Егорович Платонов. Сложная фигура. Вторым в списке Варяга стоял заместитель генерального директора Госснабвооружения по восточному сектору тридцатисемилетний генерал-майор Лозовский Павел Сергеевич. Темная лошадка, надо признать. О нем Варяг знал только то, что генерал был азартным бильярдистом и все свободное время проводил в бильярдном клубе, загоняя в лузу шары. Третьим в списке значился Костылев Арсений Захарович. Год назад он был правой рукой Платонова, затем его неожиданно перевели на пост заведующего отделом внешних связей. Свое перемещение Костылев комментировал так: «Назначен с понижением, зато с расширением полномочий». Ему было лет сорок пять, хотя благодаря обширной лысине выглядел он старше.

Платонова Варяг изучил достаточно хорошо. Андрей Егорович был предсказуемым человеком. Он не стал бы, в отличие от Лозовского, устраивать скандал в парижском казино только потому, что крупье небрежно подал ему фишки.