Тоби мгновенно сообразил, где оказался. Хоть он и провел пять лет в изгнании, но все-таки слышал о самом крупном предприятии под названием Дерева «Древесина Джо Мича», что принадлежало Большому Соседу.

Люди тянули за веревки и переговаривались.

— Эй, ты, не упусти его! — крикнул один.

— Каждую ночь какой-нибудь да сбежит… Одним больше, одним меньше — какая разница? — возразил другой.

— А если их пересчитают и узнают, что не хватает именно этого?

— Да у хозяина их столько, что он со счета сбился, — проворчал третий.

Стало быть, Тоби подобрался совсем близко к ферме по разведению долгоносиков, принадлежавшей Джо Мичу. Работяги вели к загону сбежавшее насекомое, и мальчик решил пойти за ними следом. От отца он знал, что засилье долгоносиков представляет серьезную угрозу для Дерева. Один жук за день съедает невероятный объем древесины, в десять раз превышающий его собственный вес.

Долгоносики быстро плодятся, и в скором времени от Дерева останутся одни опилки.

Маленькая процессия приблизилась к ограде, опоясывающей ветку, и остановилась, чтобы открыть громадные ворота и запустить внутрь долгоносика, оплетенного веревочной сетью.

Тоби, издали наблюдавший за работниками Мича, подумал, что увидел достаточно. Он отполз по коре в сторону, развернулся и едва не наткнулся на человека в шляпе и кожаном плаще с нашивкой «Древесина Джо Мича», неожиданно возникшего позади него. По счастью, тот был слишком взволнован и озабочен, так что Тоби не заметил. Он подбежал к работягам, крича:

— Сюда идут охотники с Вершины. Человек сто. Из тех, что ищут мальчишку. Они не должны увидеть сбежавшего долгоносика!

Один из тех, кто тащил жука, большим пальцем приподнял шляпу, налезавшую ему на глаза. И Тоби мгновенно его узнал — несколько недель назад этот человек явился к ним в дом на Нижние Ветви. При одном воспоминании мальчика передернуло.

Росточком пониже Тоби, с отвратительным сморщенным желтым личиком — такого не сразу забудешь. У него была на удивление маленькая голова, поэтому шляпа без конца сползала на лицо. Он гаркнул:

— Живей открывайте ворота, бестолочи! Сборище инвалидов!

Тоби понял, что раздумывать некогда. Он в ловушке: с одной стороны — ограда, с другой — полчища охотников. Но за оградой все-таки есть надежда спастись. Нужно туда проникнуть. Между тем Малоголовый осыпал других работяг бранью и отдавал приказы.

Близ Окраинных Поселений кора сплошь размокла, сгнила, и путник проваливался в коричневую жижу по колено. Тоби подполз поближе на карачках, высунув из сырой гнили только голову. Он воспользовался суматохой: люди суетились, спешили, шлепали по жиже, пытаясь поскорее открыть увязшие створки.

Пока Малоголовый с желтым личиком лютовал, Тоби пробирался к воротам, по уши в грязи, будто червяк.

Он подлез под брюхо огромного долгоносика, который был в десять раз крупнее его. Из склизкого болота высовывались только лоб, глаза и нос мальчика. Ему удалось проскочить в миллиметре от злобного коротышки, ругавшего своих подчиненных на чем свет стоит; проползти между лапами долгоносика; высунувшись, ухватиться за веревку, стягивающую брюхо жука; подтянуться на руках и продеть ноги под другую веревку, намотанную ближе к задним лапам — как раз вовремя! Ворота поддались, и процессия двинулась дальше.

Тоби ехал под брюхом у долгоносика, и, почуяв его, насекомое забеспокоилось.

Они вошли внутрь ограды. Перемазанный грязью мальчик сливался с темным жуком. Малоголовый постоянно поправлял шляпу, закрывавшую ему пол-лица, и шпынял остальных.

Ворота за ними закрылись.

Четверть часа люди в шляпах и долгоносик тащились дальше по жиже, как вдруг Малоголовый взревел:

— Стоять!

Расталкивая работяг, медленно подошел к долгоносику и стал шарить рукой по его брюху.