Он тут, говорят, в Чечню перед выборами собрался, плясун. Хоть нашелся бы какой Ли Освальд что ли — пристрелил бы алколоидную гадину…

Часть 10. Старый Ачхой — Бамут

Глава 1

Нас бросили на Старый Ачхой. Где-то впереди развернулась пехота. А наша минометная батарея, как положено, несколько позади. Андрей все пытался определить — дострелим ли мы до поселка с этого места, или надо будет быстро перемещаться вперед. По всему получалось, что недострелим.

Из-за этого комбат заметно нервничал. Одно дело все спокойно заранее к стрельбе подготовить, и совсем другое — развертываться сходу, делать все бегом и в спешке, с неизбежными ошибками личного состава и всякими неприятными происшествиями.

Вскоре и до нас дошла первая плохая новость за этот день. У Франчковского в роте при чистке оружия случайно застрелили солдата. Никаких разборок и темных историй — исключительно случайно. Но пятно на ротного, конечно, легло не хилое. Да и солдата, как ни крути, было жалко. Не боевые потери самые неприятные. Ни за что погиб боец. Вот ни за что!

Убийцу оставили в строю, но Армян мне шепнул, что сослуживцы приговорили его идти везде первым. Так что если он доживет до дембеля, ему сильно повезет. Но это вряд ли…

Можно сказать, что едва только лунный свет сменился предутренней дымкой, а потом встающее солнце красной лентой окрасило горизонт, как доблестная пехота двинулась вперед. Наша батарея также не отставала, перемещаясь по заранее намеченному маршруту к месту развертывания для боя и непосредственного ведения огня. Вместе с пехотой отправился арткорректировщик из артиллеристов, так что на этот раз обошлись без меня.

Стрелять нам пришлось фактически с закрытой огневой позиции, и пришлось изрядно помучиться — и мне, настраивая буссоль, и сержантам — наводя прицелы по точке наводки.

Найданов наметил цели — это были противоположные нашему наступлению окраины поселка — и рассчитал приблизительные установки прицелов — дальность и доворот. Обнадеживало меня то, что здесь — на равнине — сюрпризов с траекторией мин, в отличие от гор, быть, по идее, не должно. А беспокоило — больше всего — правильно ли мы определили месторасположение нашей батареи на местности? Привязывались мы от школы в Старом Ачхое, но точно ли это была школа? Потому Андрей и выбрал в качестве первоначальной цели обратную оконечность поселка — боялся попасть в своих. А так перелет через нашу наступающую пехоту нам был гарантирован. А там… Там, главное, засечь разрывы. И все остальное уже — дело техники. Здесь мы очень надеялись на корректировщика, и Андрей поминутно заставлял нашего радиста выходить на связь с ним.

В конце — концов радист передал наушники самому Найданову, и тот лично услышал от корректировщика, что тот его уже достал! После этого наш комбат на время успокоился.

Еще через какое-то время мы получили приказ на открытие огня, и Андрей, заметно волнуясь, скомандовал «Огонь»! После этого он отобрал рацию у радиста и сам решил послушать результат. Ответ его обескуражил — корректировщик наши разрывы не увидел.

Мы дали еще не один, а два залпа. Последовал неуверенный ответ, что вроде разрывы засечены, и можно бы их метров на двести сдвинуть к нам.

Я рассчитал поправки и отдал приказ. С грехом пополам это было сделано, и мы опять дали залп. Ответом было — «Продолжайте в том же духе»! Мы отправили в Старый Ачхой еще по две мины на миномет, и тут Найданов махнул рукой на прекращение огня. Наши прорвались к поселку, и мы реально могли попасть по своим.

Все, для нас бой фактически закончился.