Он понял, что придется умереть.

Через три дня у него хватит сил лишь на то, чтобы отключить оставшуюся часть нервной системы и мирно почить. Труп его быстро разложится даже в этом сухом климате, останется только одежда. Эти искусственные тела спроектированы так, чтобы гнить очень быстро, как только внутренняя искра жизни погаснет в них. Конструкторы позаботились, чтобы земляне не могли обнаружить присутствия наблюдателей.

Наступило утро, первое из отмеренных ему трех. Он перебирал в памяти события прошедшего, думал о Глэйр и Ворнине, о том, насколько глубоко он их любил. Он невозмутимо взвешивал, стоило ли вот таким образом отдавать свою жизнь ради родной планеты.

Вдруг до него донесся шум. Кто-то приближался.

Миртин так свыкся с неизбежностью гибели, что не поверил своему слуху.

Хотя он не мог повернуть головы, ему удалось скосить в сторону глаза.

На некотором удалении он увидел землянина и бегущее впереди него прирученное животное. Было похоже, что двигаются они без какой-либо определенной цели. Животное подпрыгивало и резвилось, землянин останавливался и время от времени швырял в овраг камешки. Миртин стал взвешивать, как поступить. Уйти из жизни прямо сейчас, прежде чем его обнаружат? Он был связан клятвой уничтожить себя, если возникнет хотя бы малейший риск, что его выдадут властям. Но землянин на вид был очень молод. По сути, мальчик. Миртин заставил себя мыслить по-английски. Что это за животное? Он позабыл почти все из того, что ему было известно о местных млекопитающих. Кошка, крыса, летучая мышь? Собака? Да, собака.

Теперь собака учуяла его запах. Маленькое худое рыжее существо с длинными ушами, влажным носом и желтыми глазами. Оно, принюхиваясь, двигалось к нему. За собакой следовал мальчик.

Теперь они были возле него. Мальчик остановился, выпучив глаза и открыв от удивления рот. Миртин стал припоминать все, что знал. Мальчику было лет десять-одиннадцать. Черные волосы, темные глаза, светло-коричневая кожа. Представитель негроидной расы? Нет. Волосы прямые.

Губы тонкие. Нос с узкой переносицей. Один из уцелевших аборигенов этого материка. Говорит ли он по-английски? Насколько он доброжелателен? Челюсть мальчика больше не отвисала, рот закрылся. Мальчик улыбнулся? Знак дружественного расположения? Миртин попытался тоже улыбнуться, и к своему удивлению, обнаружил, что мышцы лица еще функционируют.

– Здравствуйте, – произнес мальчик. – Вам больно?

– Я… да. Я очень сильно поврежден.

Мальчик присел возле него. Собака, помахивая хвостом, обнюхивала Миртина со всех сторон. Быстрым движением мальчик отогнал ее. Дирнанин уловил волны симпатии.

– Вы откуда? – прошептал мальчик. – Выпали из самолета?

Миртин пропустил мимо ушей опасный вопрос.

– Мне нужна пища… вода…

– Ой. Что же мне делать, позвать вождя, что ли? Сюда смогут прислать машину. Может быть, отвезут вас в больницу, в Альбукерке.

Миртин напрягся. Больница? Обследование? Он не мог пойти на такой риск. Чтобы врач просветил его тело и обнаружил, что находится внутри него? Тогда всему крышка. Он не может допустить этого.

Осторожно подбирая слова, Миртин произнес:

– Ты можешь принести сюда еду? И что-нибудь попить? Помочь добраться мне до вон той пещеры? Пока я не выздоровлю?

Наступило долгое молчание; затем мальчишка как бы все поняв, хлопнул себя по лбу и присвистнул:

– Ага, я понял! Вы выпали из летающей тарелки!

Миртин решил уклониться от ответа. Он не был готов к чему-либо подобному.

– Летающей тарелки? – машинально переспросил он. – Нет… не из нее.

Я ехал в машине. Произошла авария. И меня вышвырнуло.